Медицинская академия им. Макоши. Спецкурс

Я вытянула шею и зажала рот ладонью, борясь с тошнотой: губы покойника покрывала засохшая кровяная корка.

— Это Осока, — один из воинов выехал вперед, — у него тут хутор недалеко. Сам, да трое сыновей, да снохи… Одна была на сносях.

— Едем на хутор, — после недолгого раздумья велел князь. — Антонина, ты остаешься, мало ли.

— Княже, тебе бы тоже поберечься, вдруг зараза какая, — попросил дозорный и предложил: — Дозволь я съезжу, коли что прицепилось, так уж одному мне…

Брови Зареслава сошлись на переносице:

— Хорош я князь буду, коли стану от заразы бегать.

Перекинув Осоку через спину запасного коня, князь и трое воинов скрылись за деревьями.

Мои спутники спешились и пустили лошадей пастись, а сами расположись вокруг возка. Разговоры не клеились — все ожидали возвращения князя.

Это давалось нелегко — в воздухе висело напряжение, люди раздражались по малейшему поводу, готовые кидаться друг на друга. Сдерживала их железная дисциплина, а меня — страх оказаться крайней.

Поэтому, когда послышались удары копыт по мягкой земле, встрепенулись все.

Ратники окружили возок, готовые защищать меня любой ценой. Испытанное в этот момент чувство оказалось незнакомым и странным — ради  меня еще никогда не рисковали жизнью. Не уверена, что мне понравилось, но чувство облегчения испытала: я не одна!

Воины вернулись галопом. Подлетев, князь натянул повод:

— Разя, мухой в ближайшее село! Пусть весточку Яге шлют, чтобы иномирных врачей звала — на хуторе мор. Взрослых мы похоронили, младенец жив.

— А чем он ребенка кормить будет? — вырвалось у меня.

— Корова в сарае, овцы. Мука есть. Главное, чтобы не заразились. Но и уходить им с хутора нельзя, чтобы заразу не разнести. Ну, ты еще здесь? — развернулся князь к ратнику.

Тот споро затянул подпруги и рванул обратно, к ближайшему селению, которое мы до этого старательно объехали стороной.

Князь гнал остатки отряда, торопясь как можно дальше уйти от хутора до наступления темноты.

Мне не спалось. Укутавшись в платок, я уселась рядом с ним на поваленное дерево.

— Что-то чувствуешь? — шепотом спросил Зареслав.

— Нет. Просто ерунда всякая в голову лезет… Долго нам еще ехать?

— Уже нет, — вздохнул князь. — Завтра будем в Гнилушках, а там посмотрим.

Голос был нерадостный, как будто князь беспокоился о завтрашнем утре.