Медицинская академия им. Макоши. Спецкурс

Когда не получилось — скинул со стола всю канцелярию. Я недосчиталась любимого зеленого маркера и заявила в пустоту:

— Не вернешь — о хорошем отношении можешь забыть.

В ответ Прокуда материализовался, но лишь для того, чтобы показать язык. Длинный и розовый. Захотелось схватить и намотать на кулак — я начала злиться.

Разумеется, ничего не получилось. В ответ услышала смех, и с полки слетела книга. Толстый такой фолиант по морфологии. Откуда он вообще взялся? Я и слова-то эдакого не знаю. Ну, Прокуда!

От раздумий отвлек телефонный звонок.

— Да, мамочка?— Ты уже освободилась? Я сейчас зайду.

На часах — семнадцать сорок. Мама минут тридцать, как с работы, может быть, даже отпросилась пораньше. Но я была рада: что-то стала напрягать эта самостоятельная жизнь.

— Привет, — объятия и поцелуй в щечку. — Освоилась?

— Осваиваюсь, — я смотрела, как из сумки появляются конфеты, сыр, колбаса. — Мам, зачем? Вчера же все купили!

— Лишним не будет! Хорошо помню, как на одних бутербродах сидела, — взгляд стал мечтательным.

— Может, пообедаешь? Я суп сварила.

— Дома, дома! А сейчас давай чайку, — я пошла на кухню.

Прокуда сидел на подоконнике и с интересом наблюдал, как я наполняю чайник, как включаю. Помня об учебнике, решила остаться, пока вода не закипит.

— Мам, погоди чуток, я сейчас.

Прокуда хмыкнул и растворился. В тот же миг из комнаты раздался вскрик.

Мама стояла, схватившись за голову, на полу живописно раскинулись разбитые яйца.

— Ты представляешь, словно под руку кто толкнул!

Я заметила ухмыляющегося Прокуду, но разговаривать с ним при маме было чревато. Но паршивец, видимо, понял, что переборщил и снова исчез.

Пока убиралась, вскипел чайник. Нарезав бутерброды, мы уселись за письменным столом.

— Ну, рассказывай! Как прошел первый день?

— Скучно! Линейка, классный час... С куратором вот познакомилась.

— И кто это?

— Павел Семенович Скуратов, — сообщила я.

— Ну и фамилия! Надеюсь, характер не малютовский? — хохотнула мама.

— Кажется, — на краю стала снова появился Прокуда, заставляя потерять нить разговора. 

Его нос шевелился, ловя запахи, а взгляд был прикован к конфетам.

Вид оказался настолько уморительным, что я с трудом сдержала смешок.

— Смотрю, тебе здесь нравится! — мама по-своему поняла мое веселье. — А как соседи? Хорошие? Где они, кстати?

— Да вроде неплохие, — перед глазами встало равнодушное лицо Кирилла.