Проект 501-503 бис. "Наш Паровоз, вперед лети."

Я уже хорошо так набрался, отчего мой рассказ свелся опять в основном, к - И вооот такенные, наполовину голые, как две дыньки, еще трусики, сапоги, все это в бриллиантах и самоцветах и больше - ничего!

Девчонки хихикали в наиболее скабрезных местах и резонно указывали, что быть такого не может, в таком непотребстве даже на лошадь не сядешь - натрет голый зад и все, и смысл бронировать груди, и оставлять голым пузо?

Я же возмутившись недоверием начал вырезать на столешнице упрощенное наглядное пособие -фас, анфас - без рук, ног и головы, как неважных в данном, конкретном случае, крича, что у меня их на смарте целая коллекция, случайно собралась, потому - в чем в чем, а в современной женской модной броне я разбираюсь! Ну с рисунком, получилось у меня не очень, кривовато, но общий посыл я передал верно.

Правда в моем изложении, груди занимали чуть ли не половину торса, а бронешорты превратились в бронестринги, но вектор развития моды я передал точно, - кроме того, разгоряченно вещал я, не нравится такой фасон, есть и другие - и даже спецом под крылья, но сегодня носить то, что на вас - это сразу сказать, что вы прямиком из глубокой дер.

Так как дискуссия сопровождалась совместной дегустацией коллекции вин от валькирий и самогонов, водок, виски от меня, до конца ее я не дотянул. И ушел в астрал. Помню только как тискался с Гунн, или Гейр, кто их спьяну разберет, потом - впышка-воспоминание - я пою, глядя Ярке в глаза, под гитару в своих руках -

"По плечам твоимСпелым колосом льются волосы,Только голову,Только голову запрокинь.

А я на гитаре то и играть не умею, как и на любом музыкальном инструменте, кроме пионерского барабана! Вот упился!

А потом вообще темнота.

Очнулся через... не знаю сколько. На соседнем столе, под знакомой меховой накидкой. Девчонок рядом не было, перепили они меня, позор,позор! Лишь бы в отряде не узнали, засмеют - мол, девчонки перепили, они правда тренированные и из легенд, но все равно.

Пионеры никому не проигрывают! А я продул.

Постанывая, и ожидая кувалд в голове - столько выдуть, никогда так не надирался, я залез за пиршественный стол, на котором все так же стояли целехонькие - поросенок с ножом в жареном теле, в длинном, плоском деревянном блюде, керамическая солонка, пучки лука и цельные луковицы, буханки хлеба, четыре больших кружки и четыре кувшина, теперь я точно знаю, что не с водой.