Город хороших господ

Холодная сталь послушно легла в ладонь, а я отвела её подальше, боясь, что курок спустится по воле случая. Рия забрала его себе.

- Спасибо, Пятачок. Давай ускоримся, а то эта лестница, кажется, такая же бесконечная, как и шахта лифта.

Но подруга ошибалась: пройдя ещё два этажа-под-копирку мы вышли в довольно просторный холл с деревянными диванами и кучей довольно крупных растений. Потрёпанный ковёр лежал на паркете, по нему явно ходили не один десяток лет. Большие часы с маятником нервно тикали и старались убедить нас в том, что сейчас девять вечера, но самое главное, в этом зале были очень большие окна, а от них простирался вид на округу, где небо всё также баюкало закатное солнце и сияло фиолетовым, а будка, из которой мы пришли, одиноко стояла за забором.

За ней было поле - бесконечная жёлтая трава, доходящая до горизонта. Иногда в поле попадались заброшенные машины, небольшие самолёты и яхты, иногда якоря, изредка ещё будки, но ни одного человека.

Я подошла к окну на противоположной стороне холла, не такому большому, но всё же.

Пейзаж за ним зеркалил обратную сторону: степь, степь, степь…

- И никаких других домов, - сказала Рия.

Она выглядела рассеянной.

Я взяла её за руку и сказала:

- Значит они здесь. В этом доме.

- Да, но где? Он бесконечный. Судя по окнам, мы довольно высоко, а если тут везде такие длиннющие коридоры, то мы проведем целую вечность, разыскивая их.

Сев прямо на ковёр, я устало потёрла виски. Голова начала болеть и страшно хотелось пить.

Ну почему мы не догадались взять с собой воду?- У тебя нет воды? - спросила я у Рии, хотя знала ответ.

Подруга помотала головой и села рядом, достав сигареты и зажигалку: они-то у неё всегда были! Табачный дым наполнял пространство, а мы сидели и смотрели на жёлтое поле, фиолетовое небо, слушали тишину, не знали, что делать, но отчего-то мне казалось, что обязательно узнаем, поймем, просто нужно ещё немножко посидеть и подумать.

Наверное, печально тут живётся, в вечном закате.

На самом деле у меня даже не получалось нормально думать: впечатления от увиденного в этом месте смешались в одну большую кашу и превратились в тихий звон.

Хотелось бесконечно смотреть на горизонт и надеяться, что всё как-то само собой разрулится, но, конечно же, так нельзя.

Пока я думала - гладила ковёр. Шершавый, потёртый с бахромой по бокам. Случайно выдернула нитку. Понадеялась, что никто не обидится, повертела нитку в руках: длинная и прочная, почти с локоть.