Город хороших господ

Но, во-первых, оставаясь здесь, я буду держать хоть какой-то баланс, не забывай, я пришла сюда на дело, а не просто так. А во-вторых… я могу не вернуться. Потому что не хочу. А “не хотеть” это иногда намного больше, чем “не мочь”. Если я буду с этой стороны - это хоть как-то поможет вам сохранить связь, если что-то пойдет не так. 

- А все эти люди, которые были на шабаше? Они же волшебные и всё такое. И живут здесь, так что смогут помочь? 

Охотница впервые за весь разговор посмотрела мне прямо в глаза:

- Ты что же, ещё не поняла? Ты хочешь доверить кому-то из малознакомых людей спасение твоей подруги, а сама будешь сидеть здесь и молиться тому, в кого веришь о том, чего ждёшь? Вместо того, чтобы воспользоваться шансом и вернуть всё? Ты хочешь уповать на чудо, которое никто не в состоянии совершить?

Я сжалась ещё больше.

Всё звучало правдиво, но явно не так. Но оправдываться тем, что я трусиха и неумеха, поэтому пусть Маша пропадает в альтернативных измерениях, не хотелось. 

- Нет. Я пойду! Но не знаю, как.

 

Она встала таким изящным движением, словно не приложила к процессу никаких усилий, по-змеиному. 

- Я тебя проведу. 

Это всё было странно. Очень странно. По-сказочному странно, как отчим, который обещает Гензелю и Гретель множество сладостей по ту сторону лесной опушки, а потом бросает на произвол судьбы. 

Видимо, эмоции я скрывать не умею, так что в лице Охотницы появились усталость и какое-то раздражение: 

- Сказала же: не веришь, не хочешь - не иди.

Я тебя тащить не буду, девочка-то ваша, мне всё равно, моя задача уже провалена. 

Вот бы Рия была рядом! Но стоит привыкнуть, что иногда сложные решения по спасению ребёнка приходится принимать самой. 

Тоже встала: далеко не так изящно, скорее резко и довольно неуклюже, но всё же. 

- Я пойду! 

- Хорошо. Смотри. Сегодня в три часа ночи иди в подвал сгоревшего торгового центра, там по левую руку от центрального входа есть чёрный ход. Его окружает киперная лента, но не обращай внимания, он будет открыт.

Спустишься по лестнице вниз, попадешь в переход. Будет играть музыка, не пугайся, пока играет, значит, есть куда двигаться - это Генрих, скрипач. Он будет на границе, не бойся его мелодий… Но и не слушай, на всякий случай. 

В голову словно ваты набили, я слушала, запоминала и пыталась убедить себя, что всё это не шутка, а по-настоящему. Впрочем, окончательно в это поверю только на той стороне. 

Или потеряю веру.