Мизинец

Только у настоящих сантехников вселенной, как водится, все с вывертом, и вместо дипломированного психолога сеансы проводит полусумасшедший бездомный.

Степа не помнил, когда он впервые встретил Рупора. Это не было каким-то откровением, особенной дружбой с первого взгляда. Нет, все случилось как-то само собой, незаметно, плавно. Настолько, что стерлось из памяти как стираются все дни, в которые не происходило ничего интересного. Да и в небольшом городе мало кто обращает на такие вещи внимание. Здесь знакомства заводятся вне зависимости от желания, ведь, как однажды выразился сам Рупор: «Тесное общество, тут все или родственники, или когда-то трахались».

Мобильный, лежавший в нагрудном кармане рубашки, завибрировал. Степа достал его и посмотрел на высветившийся номер. Подпись гласила: «Ляпоров».

— Что там? — поинтересовался Рупор.

— Начальство, — Степа нажал на кнопку отбоя.

— У-у-у… Работа не ждет?

— Меня только Петя в машине ждет. А работа не ждет никогда.

— Бабу бы тебе, Степка.

— Неожиданный поворот сюжета.

— Это я к тому, что дома тебя тоже никто не ждет. Волнуюся я за тебя.

— Ну начинается. У меня и без семьи забот хватает. Да и с моим графиком ни одна баба мириться не станет.

— Зато будет ради кого пыхтеть. А то бегаешь по землюшке нашей грешной, помогаешь всем да каждому, а сам один, как тополь на Плющихе.

— Я не ради кого-то пыхчу, а из принципа. И самому мне проще. Тем более, у меня теперь на горбу пузатый гопник недоучка болтается. Не до одиночества, — мобильный опять завибрировал.

Степа поднес его к глазам и увидел на экране сообщение: «Ко мне в кабинет. Бегом!» — Ладно, Рупор, этот с меня так просто не слезет. Нужно ехать.

— Это понятно. Долг зовет. Но ты про бабу-то подумай. Всяко лучше, когда дома кто-то ждет.

— Меня дома ждет уничтожитель носков три тысячи, — Степа встал со скамейки. — Жужжит все время противно и на нервы действует.

Он махнул на прощание бездомному однопалой рукой и побрел к припаркованной за монументом «Волге». Сам же Рупор, проводил его взглядом, затем заглянул в стоявшую рядом со скамейкой урну.

К его сожалению внутри не оказалось ничего полезного. Тогда он поправил на себе заношенное до непристойного вида пальто и направился к старушкам, что сидели через скамейку и раздавали прохожим религиозные брошюрки. Проходя мимо них Рупор резко развернулся и выкрикнул в их удивленные лица несколько самых пошлых ругательств, которые смог вспомнить. Старушки хором ойкнули, затем ответили ему не менее непристойно.