Мизинец

Затем выковырял пальцем кусочек перца и, занюхав им, отправил в рот. — Такое мне по нраву. Женщина, ты знаешь, как задобрить Барона Субботу, не так ли?

— Знаю, — так как Барон говорил на чистом креольском, то Таня решила ответить ему тем же.

— Хорошие манеры, это вымирающее качество. К сожалению… Времена меняются. Мир становится быстрее. Все куда-то спешат. Все чего-то хотят. Требуют. А ведь иногда неплохо просто спокойно выпить и поговорить. Да? — Барон ухмыльнулся и посмотрел Тане в глаза.

— Мне нужна услуга, — она взгляд не отвела.

— Ну вот, о чем я и говорил. Дела, дела и никакого веселья… И что же за услуга тебе нужна, женщина?

— Мне нужно, чтобы ты перевел кое-кого для меня, — ее лицо не выражало никаких эмоций, но голос предательски подрагивал.

— Перевел?

— Да, на ту сторону. Мне нужно, чтобы ты перевел душу в мир мертвых.

— Женщина, ты в себе? Я все время это делаю. Даже сейчас. Люди умирают постоянно. В старые времена, когда вас было не так много, я мог позволить себе расслабиться.

— Этот человек еще жив.

— О… — Барон взял со стола бутылку и отпил прямо из горлышка. — Еще жив? Ну что же, тогда тебе придется убить его. Ну, или подождать более естественного отхода. Если руки марать не охота. И тогда я с превеликим удовольствием доставлю его туда, где ему место.

— Переведи его, — на этот раз голос Тани не дрогнул.

— Поумерь свой пыл, ведьма. Ты хочешь просить меня нарушить правила и вмешаться в жизнь смертного? Такое Барону Субботе не нравится. А я не привык делать то, что мне не нравится.

— Он тоже нарушил правила. Прошел через мир лоа без разрешения.

— Такого не бывает, — мужчина в цилиндре махнул рукой и несколько капель, вылетевшие из горлышка бутылки, упали на паркет.

— Я свидетельница, — продолжала Таня. — Даже Папа Легба не смог его остановить.

— Так прекрати, — он ухмыльнулся, обнажив гнилые желтые зубы. — Ты же можешь это сделать сама. Верно? Зачем нарушать еще один закон и прерывать его жизнь, если твое колдовство может превратить ее в ад на земле? И тогда он сам захочет со всем покончить.

— Переведи, — процедила она, сжав кулаки.

Барон Суббота прильнул к бутылке и пил, пока в ней не осталось меньше половины.