Кольцо Уробороса

– Если, конечно, не хочешь сойти с ума. Они не предназначены для твоих ушей. Возможно, они не предназначены ни для кого, но это чужая история и не стоит ее трогать. – Хранитель взял Алана за руку. – Садись, прямо на пол. Так надо. Да, это больно. – предугадывая все вопросы произнес старик. – Садись, иначе ничего не получится. Ты тоже. – кинул он в сторону Кристи. – Возьмитесь за руки. Закройте глаза. И ни в коем случае не отпускайте друг друга, и не размыкайте век, если не хотите сгинуть во временном потоке.

Когда Алан и Кристи выполнили требования, старик приложил ладони к вискам Алана.

В эту же секунду все тело юноши скривилось в агонии, а с губ сорвался пронзительный крик. Девушка почувствовала, как на ее кисти сжались пальцы, с каждым мгновением все сильнее и сильнее впиваясь в кожу. Но она продолжала молча сидеть, сдерживая стоны боли. Внезапно глаза молодого человека распахнулись и засветились ослепляющим, даже сквозь опущенные веки, белым светом. Хранитель и Алан заговорили в унисон:

Двое идут по дорогам,

Что не имеют границ.

Один из них метит в боги,

Второй падет рядом ниц.

Один из двоих могильщик

Второй носит пламя в себе

Один заядлый курильщик

Второй не бросит в беде

Знакомство их стоит смерти

Путь долгий их ждет впереди

И не оставят в покое их черти

Что насылают метель и дожди

Они уничтожат сильнейших,

Что встанут у них на пути

Сотрут в порок всех старейшин,

Что убиваются, чтобы «спасти»

Один награжден уже меткой

Второй пожинает плоды

Но покинув красивую клетку

Они получат вселенной дары.

Пусть двое идут по дорогам,

Уныло бредут в полутьме.

Но лишь один станет богом

Другой растворится во тьме

Все закончилось так же внезапно, как и началось. Юноша замолчал, ослабил хватку и упал на пол. Девушка медленно приходила в себя, когда дверь распахнулась. Слабый свет, проникающий сквозь дверной проем, казался ослепительно ярким и очень притягательным. Внезапно в проеме появилась огромная тень и в лицо девушки прилетел кулак.

Глава девятая. Первый шаг.

Николас старательно брызгал себе в лицо ледяной водой, в тщетных попытках смыть остатки сна. Холод неприятно обжигал лицо и придавал фальшивую бодрость, но остатки ночного кошмара, засевшие глубоко в подсознании, не желали сдаваться. Несмотря на то, что Ник уже проснулся, сон продолжал жить в его голове, развиваясь и лишь сильнее нагнетая страх и беспомощность. Бросив безуспешное занятие, юноша полностью засунул голову под кран.