Оборотень с границы

Мы здесь, нарушители там, на двести метров выше, и они явно не собираются сдаваться на милость пограничников.

Ну что за подстава? Стоило мне остаться за начальника и такое происшествие. Сейчас, конечно, не Советский Союз, за упущенного нарушителя под суд не отдают, но все равно это пятно, смывать которое придется очень и очень долго. А для меня сей факт вообще может оказаться окончанием карьеры.

- Не успеем мы, товарищ старший лейтенант, – каким-то излишне официальным, и в то же время извиняющимся тоном сказал Пахомыч, глядя мне прямо в глаза.

– Они идут к Серой тропе на перевале.

- Мы еще успеем за ними, если пойдем напрямую, – не согласился я со старшиной.

- Нельзя, Андрей Саныч, – горячо зашептал прапорщик, поглядывая на солдат, стоящих неподалеку. – Если они засаду устроят, то положат нас всех.

- Что ты предлагаешь тогда, лапки кверху? – тоже перешел я на шепот. – Старшина, ты в своем уме?

- Ну не так, – если Пахомыч и смутился, то несильно. – А все равно, помирать по глупости не хочется.

Я задумался. Старшина был прав, но легче от этого ситуация не становилась. Я достал карту и всмотрелся в нее. Теоретически, может прокатить. Не стоило бы, конечно, так делать, но упускать нарушителей категорически не хотелось. Оба варианта плохие, но сесть в лужу, мне казалось, намного хуже.

- Так, старшина, слушай сюда, – принял, я, наконец, решение. – Берешь тревожную группу и на шишиге по дороге едете вот сюда, – указал я точку на карте. – Я пойду за ними.

Один!

- Да как же так? – охнул старшина. – Нельзя одному. Да и не успеем мы туда в объезд, нам почти час ехать, и то, если на предельной скорости.

- Это приказ, старшина! – Добавил я металла в голос. – Исполняйте!

А через неделю мне на заставу позвонил начальник штаба погранотряда.

- Винокуров, я тебя начальником поста сгною! – вместо «здрасьте» пообещал мне он. Удаленный пограничный пост у нас в пограничном отряде был всего один и считался худшей ссылкой для любого из офицеров.

Во-первых, он был на самой высокой точке участка, и там всегда, даже летом, было очень холодно. А во-вторых, там абсолютно нечем заняться. Два поста наблюдения и никакой цивилизации. К исходу первой недели ты начинаешь задумываться о том, как живут тибетские монахи, и понимать, что подметание плаца ломиком в училище было детской забавой, а главное, что даже такое развлечение крайне интересно и увлекательно.

- Здравия желаю, тарищ па..ко..