Оборотень с границы

Пальцы разжались, плечи обмякли и мне пришлось придержать тело мужчины, чтобы он не разбил себе лицо при падении. Уложив с помощью подскочившего Мирона бизнесмена отдыхать, я опять развалился в кресле и посмотрел на Володю.

Вот этот слизняк мне нравится больше, потому что проблем от него гораздо меньше. Чуть что, стоит, ушами хлопает и рот разевает, как та рыба, на берег выброшенная. И как он не разорился до сих пор с таким характером.

- Что с Юрием? – казалось, еще чуть-чуть и Володя разрыдается. Я уже начал прикидывать, что может быть стоит вырубить и его, как в этот момент появились новые действующие лица.

Сначала в комнату ворвались с автоматами наперевес три спецназовца в одинаковых черных комбинезонах, а затем в гостиную неторопливо прошел мой хороший приятель, а по совместительству еще и полковник госбезопасности.

Светло-голубой костюм явно выбивался из образа сурового блюстителя покоя граждан, но Эдик никогда не переживал, какое впечатление произведет его внешний вид. Ему вполне хватало внутренней энергетики, чтобы окружающие достаточно быстро начинали воспринимать его всерьез, даже если он наденет белые шорты и цветастую рубашку.

Увидев его, я испытал громадное облегчение. Ситуация явно начинала выходить из-под контроля, и появление официальных лиц давало шанс, что все закончится хорошо.

Эдик задумчиво осмотрел забрызганный кровью натюрморт, посмотрел на меня, усмехнулся и наконец спросил:

- Ну и кто хозяин дома?

- А вот он, отдыхает, – ангельским голоском пробасил Мирон.

- Кто вы такой? – кажется, Володя всё же заплакал, потому что сейчас его голос звучал тоненько и истерично.

- Полковник Седых, – усталым и немного рассеянным тоном ответил Эдик. – А это вас похитили?

- В смысле? – опешил Володя. – Кто?

- Ну вот эти двое, – также рассеянно кивнул в нашу с Мироном сторону Эдик. – Вы разве не в курсе? Они в федеральном розыске за серию похищений взрослых мужчин с последующим изнасилованием. Заявление писать будете?

- Я никого не насиловал, – подал голос Мирон, изумленный не меньше Володи.

- А почему? – с интересом взглянул на него Эдик. – По состоянию здоровья или манкируете своими обязанностями?

- Что делаю? – потерялся Мирон.

- Манкируете, – повторил Эдик. – Это умное слово значит, что относитесь небрежно. Так вот, если самочувствие в норме, то надо довести дело до конца. Все-таки для возбуждения судебного делопроизводства нужны веские основания.