Оборотень с границы

Мой друг не умел на меня сердиться, но иногда пытался казаться солидным и серьезным. Конкретно сейчас получалось плохо. Например, уши у Мирона так смешно растопырились от возмущения, что казалось, еще немного и черный ежик на его голове превратится в колючки.

- И что не так с нашей репутацией? – спросил я, сдерживая хохот.

- И мы не можем подводить людей, если договорились о встрече, – закончил свою мысль мой напарник.

- Не можем, – согласно кивнул я. – А во сколько встреча?

- В час, – признался Мирон.

- Ну так чего ты тогда переживаешь? – удивился я. – Еще вагон времени.

- Потому что надо подготовиться к переговорам, – опять поднял указательный палец Мирон. – А ты дрыхнешь.

– Да нечего там готовиться, – поморщился я. – Этот комерс явно под контролем. Чьим именно, разберемся на месте. Если просто мошенники, то вопрос не наш и твоему заказчику придется обращаться в полицию.

- Да тут такое дело, – опустил глаза Мирон. – Этот бизнесмен, его, кстати, Володя зовут, ничего не знает о …, – он замялся, подбирая слово, –  другой возможной стороне вопроса. У него возникла проблема с деловым партнером и ему посоветовали обратиться ко мне. Он считает, что любовница его друга аферистка, но идти с таким заявлением в полицию не желает.

- Замечательно, – похлопал я в ладоши.

- Андрюх, – заерзал на сиденье Мирон. – Меня очень просили помочь, да и деньги хорошие предлагают. Я ремонт в спальне затеял, совсем на мели сижу. А у Наташки знаешь какие грандиозные планы.

- Ну ты даешь, – вздохнул я, понимая, что обратного хода уже не будет. – Поехали, посмотрим на твоих бизнесменов.

Мирон улыбнулся, кинул планшет на заднее сиденье и включил передачу, а я полез за сигаретами, чувствуя, что день предстоит долгий и сложный.

Бизнес-центр «Самолет» по замыслу архитекторов должен был стать воплощением легкости и воздушности. Предполагалось, что смесь металлических и стеклянных конструкций будет взлетать над окружающими строениями, даря обитателям здания заряд энтузиазма на новые свершения.