Север Москвы

— Ну, поехали? — Миша кинул окурок в урну.— Ага.Когда он развернулся, я заметила под курткой милицейскую дубинку. «Интересно, — подумалось мне, — это в метро ездить опасно, или он собирается выйти вместе со мной?» Миша шел быстро, не оглядываясь. Я подумала, что я ему, похоже, не нравлюсь. Но в этот самый момент Миша присел на корточки возле запертой стеклянной двери, развернулся и подмигнул мне. Я невольно улыбнулась.Мягким движением Миша приложил ладонь к замку — так же, как Валентина Петровна притрагивалась к стенам своего дома.

Взгляд Миши расфокусировался, он приоткрыл рот и тихо-тихо зашипел. Просто выдохнул: «Ш-ш-ш-ш...» Я услышала, как щелкнул замок — так, как щелкает пистолет при холостом спуске. Миша поднялся и с видом джентльмена отворил передо мной дверь. Он выглядел донельзя довольным собой.— Спасибо, — сказала я. — А поезда ты так же уговариваешь?Миша хмыкнул.— Это же просто замок, — ответил он. — Поезда все непростые. Ломаются как целки... Извини, — он ухмыльнулся.Я пожала плечами.В вестибюле царила полная тьма. Миша достал фонарик и посветил в сторону эскалаторов, словно приглашал в свое царство. Я пригляделась и поморщилась. Станция отрастила себе какие-то противоестественные подземные джунгли. Разве могут растения жить в такой темноте? Выгнутые, перекрученные стволы и ветви слегка покачивались под лучом фонарика. Они были мутно-белесыми и осклизлыми.— Нас здесь не съедят? — спросила я.— Не должны, — весело отозвался Миша. — Осторожно на ступеньках. Очень скользкие.По соседнему эскалатору струился ручей. Часть плафонов раздавили лианы. Я вдохнула сырой воздух. Что-то здесь казалось мне странным. «Офигенно, — подумала я с сарказмом. — Здесь же все странное, вообще все». Но что-то было неестественным даже в контексте. Спустя минуту я поняла. В мрачном подземелье должно пахнуть гнилью и затхлостью. А пахло в метро так же, как всегда пахло в метро. В смысле, так же, как раньше.Мы прошли уже половину эскалатора, почти наощупь. В густой темноте впереди прыгал луч Мишиного фонарика. Я потянулась в сторону и потрогала скользкий побег.— Миша, — окликнула я, — а что это за лианы? Это ведь не растения. Это такие грибы?Он остановился и посветил фонариком в мою сторону. Я увидела, что он улыбается.— Нет, — сказал Миша. — Ни то, ни другое. Это пластик. И резина.— Офигенно! — Я почувствовала что-то вроде восхищения. — Само метро настолько изменилось?— Да. Пошли быстрее. Ты сейчас еще раз удивишься.— Куда уж дальше-то?Миша засмеялся.