Север Москвы

— Ты мой друг. Я решила тебе помочь. Я нашла вариант. Это еще не все. Я нашла человека, который довезет тебя до Алтуфьево. Триста метров от метро. Одна фотография. И все твои проблемы решены.Ее железобетонная уверенность просто вымораживала.Это Наталья. Она умеет решать проблемы. Она решит твою проблему так, что ты будешь орать благим матом и биться головой о стены. Но чисто формально не придерешься — прежняя проблема действительно решена. Теперь у тебя новые, неизведанные.— Если мне негде жить, это не значит, что я хочу умереть.

— Вика, ты преувеличиваешь.— На этих метрах может быть триста эльфов. Предлагаешь всех расстрелять?— Эльфы не спускаются в метро. Если ты заметишь опасность, то сможешь просто вернуться в метро. И уехать. Тогда я попробую найти другой вариант.Некоторое время я молчала. У меня не было слов.— Вика? — Наталья заглянула мне в лицо.— Офигенно, — сказала я.Я осталась ночевать в Веденино.Постельное белье было чистым, но сильно пахло лавандой. Хозяйка клала в шкаф саше с травами. Она, должно быть, плохо чувствовала запахи. Я принюхалась и поняла, что ночью начну задыхаться, поэтому разложила постель и отворила все окна. Пока белье проветривалось, я собралась поработать. Открыла ноутбук, подключилась к сети. Но ничего не получалось. Я не могла переключить мысли. Они снова и снова возвращались к северу и эльфам.Я проверила, плотно ли задернуты шторы. Потом погасила свет, чтобы снаружи не было видно силуэта, и достала пистолет....Обедать с Натальей я не пошла. Разговаривать с ней мне было тягостно. Я не хотела обидеть ее неблагодарностью. У меня просто не осталось сил. В последней попытке убедить ее, что ни на какой север за смертью своей я не поеду, я стала жаловаться, что у меня мало патронов. Это была чистая правда. Их осталось пятьдесят две штуки — одна полная коробка и два патрона в магазине.И на что я только рассчитывала? Я ведь знала Наталью. Она даже обрадовалась.— Я достану тебе патроны! — бодро пообещала она.Я помолчала.— Девять на девятнадцать. — Что?— Патроны девять на девятнадцать.— А что это значит? — полюбопытствовала Наталья.— Неважно. Просто запомни. И еще оружейную смазку. И запасной магазин, если найдешь. Для Ярыгина.У меня даже смазки не было. И я не тренировалась с тех пор, как началось изменение. Не хотела тратить патроны, берегла на черный день. Я не пыталась представить, как должен выглядеть этот черный день и от кого я буду отстреливаться.— Хорошо, — сказала Наталья, — я запомню.— И еще.