Твоё настоящее лицо

– На Орджоникидзе подбросите, до церкви? Мне…

– Я понял, молодой человек, – водитель, уже немолодой мужчина, добродушно улыбнулся. – Дела сердечные, и вы опаздываете. Так и быть. Я в ту сторону, хотя до церкви мне не совсем по пути, сделаю небольшой крюк и высажу недалеко от «Гаражи ЦС», а там дворами минут за пять бегом добежишь.

– Спасибо. Вы и правда угадали. С этой кошкой и в самом деле опаздывать нельзя, – громкий смешок Когтя, слышный вдобавок лишь ему, Антон проигнорировал.

– Тогда пусть она у тебя так и останется пушистой домашней кошкой, а не разъярённым львом, – отшутился в ответ водитель, трогаясь с места.

– Поехали.

Остановка автобуса «Гаражи ЦС» была пуста, начало рабочего дня. Во дворах, сквозь которые Антон торопливо шёл до Старо-Северного кладбища, навстречу людей тоже почти не попадалось – хотя вокруг сплошь были высотки многоэтажек. Но тут, скорее всего, опять подыгрывал поток событий.

Сквозь центральные ворота на кладбище заходить они не стали. Коготь спрыгнул на землю, шустрым аллигатором быстренько проверил окрестности и вывел напарника к дырке в заборе.

Внутри кладбище выглядело ещё заброшенней, чем снаружи. На аллеях полно мусора от пакетов и побуревших бумажек до пластиковых бутылок, опавшие листья тоже никто не убирал. После недавнего дождя повсюду огромные лужи – стекать воде было некуда, и пока она не впитается в плотную глинистую землю, часть могил превратились в острова. Выросшие повсюду старые уже деревья тоже, казалось, смотрели не философски и о вечном, а со злой насмешкой: скоро всё, от покосившихся крестов до поломанных оград исчезнет, уступив место природе.

Антон шёл к нужной точке, словно его тянуло магнитом. Совсем заброшенные места сменились чуть более цивилизованными. Лет двадцать назад тут была наиболее престижная часть кладбища, дорожки асфальтировали, памятники хвалились вычурной роскошью внезапно разбогатевших нуворишей. Но и здесь всё сильно забросили. Причём самое меньшее лет десять-пятнадцать назад. Асфальт потрескался, высаженные вдоль дорожек кусты буйно разрослись в сторону могил, вместе с деревьями образовав самый настоящий подлесок.

И никто ничего не вырубал.

– Та-а-ак, – фамильяр вырос в полный рост прямо перед Антоном. – Замри.

Парень послушно застыл на середине движения. Коготь дал жестом понять – ногу можешь опустить на землю, а сам продолжил чего-то вынюхивать.

– Забавно. Как бы ты со своим враньём насчёт излишне шустрого эмигранта не оказался прав.