Книга 1. О людях и демонах

Девушка подарила мне утомленный взгляд и, поджав губы, поинтересовалась:

— Что такое, Сана?

Подруга определенно не любила, когда ее отвлекали от моления, но она и так просидела тут уже битый час! У меня язык прямо-таки чесался расспросить ее обо всем. Ну, или почти обо всем. Как никак, дочь священника...

— Ты ведь уже закончила, а? — это был не вопрос, поэтому я сразу продолжила. — Слушай, Сой, помнишь наш прошлый разговор? Ну, про Ага... про архонтов.

И замолчала, замирая от страха. Соя сперва округлила ясны очи, а затем недоуменной птичкой склонила голову набок.

— И? — с нажимом уточнила она. — Ты решила пойти на откровение?

От этой ее типично святошеской фразочки меня аж передернуло. А дальше она попросит покаяться в грехах?

— Я же серьезно! Если архонты есть чистый помысел, лишенный самосознания, то с чего вдруг они принимают то или иное обличье или решают на нас напасть? Они ведь защищаются, когда охотники в них стреляют, и как бы это сказать... боятся смерти?

— Сана, — простонала подруга, — ты опять за свое? Знаешь же, что за такие слова тебя могут.

— Я же просто предполагаю! — возмутилась я шепотом. — А если бы кому-то и впрямь удалось побеседовать...

Я оборвала предложение на середине и отвернулась, сжимая кулаки. Звучало действительно бредово, а если я еще и признаюсь, что нашла дневник, его сразу же отберут и утилизируют. Да кто в здравом уме стал бы такое предполагать? С тем же успехом можно было отправиться с повинной к Корану.

— И что же ты замолчала? — проворчала девушка.

— Да так, ерунда, — задумчиво проговорила я, — просто сегодня слишком много всего приключилось, вот я и задумалась о всяких странностях...

— А-а, слыхали уже о твоем геройстве! — фыркнула Соя, как кошечка. — Атакующий из тебя, может, и неплохой, а вот думать о собственной шкуре ты не умеешь...

— А это и не моя забота, кстати! — буркнула я, закрывая тему.

Девушка прождала еще какое-то время, но я упорно молчала, и тогда она вернулась к прерванной молитве.

Я вновь обратила свой взор к статуе, и на душе стало еще гаже. Господь наблюдал за моими терзаниями, словно я и правда в чем-то провинилась. Охотнику положено было верить, а я прекрасно обходилась и без этого. Молитвы-то я выучу и даже смогу зарядить их святым духом, но все же...