Похитители смерти

— Вы просто стояли посреди улицы, пока на вас не выскочили молодчики в черном.

— Ах, вот оно как, — Мориан поднялся, размял ноги. — Ну что ж, малыш, все не так каким, кажется. И сейчас ты в этом убедился. Мы столкнулись не просто с иллюзией. Это маг. Маг способный принимать разные формы. Не было никакого пса, и убить нас он не хотел, а вот предупредить — да. Итак, что мы имеем, напуганная девочка, образ которой он использовал для демонстрации серьезности своих намерений, и пес, которого он создал. Хали, нам с тобой придется прогуляться до Дома Сестер.

Ты покажешь нам эту девочку. Обещаю ничего больше. Ты только нам ее покажешь. Я даже говорить с ней не стану.

— Хорошо, — согласилась Хали. — Когда?

— Да, прямо сейчас, — лицо Мориана расплылось с довольной улыбке. — И все же вернемся к тому вопросу, с которым я пришел. Кто был у тебя в ту ночь?

— Панле, — сказала Хали.

— Панле? Курт Панле? — челюсть Мориана пошла вниз. — А кто второй?

— Мелискан.

— Первосвященник? Они кого-то брали?

— Это же бордель, — пожала плечами Хали.

— Только ты приходишь сюда посидеть и потрепаться, все остальные с более приземленными целями.

— Это становится интересно. Маги, иллюзии, первосвященник в борделе. Как знать, что еще всплывет, пока мы ищем тех, кто похищает тела.

— Мы их не ищем, — Дориан поморщился, ему не нравилось, что они совершенно не занимаются порученным им делом.

— Представь, что будет, если мы вдруг начнем.

Дориан представил. И то, что всплыло в его воображении, ему совсем не понравилось.

Глава 11 Орлиная дивизия

За окном шумел дождь. Его тонкие струи медленно стекали по старому потрескавшемуся пузырю, проникая внутрь кельи, заставляя Дориана ежиться и кутаться в посеревшее от времени одеяло. Он сидел за столом, низко согнувшись, и медленно водил обернутой в пропитанную кислотой тканью палочкой по снятому с мертвеца ремню.

Мориан оказался прав, и ремень действительно был военным, об этом говорил сам пошив и сохранившаяся часть пряжки. На металле было видно несколько букв, но составить из них слова не представлялось возможным.

Зато на коже буквы, хоть и хуже сохранились, но их было больше. Не спеша, шаг за шагом, тщательно и осторожно, он отвоевывал у времени и пыли, букву за буквой и, старательно повторяя изломы букв, переносил их на бумагу.

Свеча давно погасла, а в лампе почти выгорело масло, и келья его погрузилась в темноту, но Дориан продолжал работу. Ему, как магу, не нужны были ни свечи, ни лампы.