Похитители смерти

— Огромную кучу неприятностей на наши с тобой головы, — тихо сказал Мориан, пряча слова за шумом, производимым бегающими инквизиторами. — Тебе, как Главе, придется особенно туго. Даже и не знаю, как тебе сказать, но на твоём месте, я бы встретился со Шталихисталией. Вам будет что обсудить, помимо прошлого. А сейчас, я бы попросил тебя не лезть ко мне. Если я ошибся и все не так, как мне кажется, ты сможешь снять с меня голову позже.

— Ты предлагаешь мне сидеть и ничего не делать?

— Почему же? Займись Рили! Потяни ниточку, она может притащить на себе много чего интересного.

С этими словами Мориан взлетел по лестнице, оставив Главу вздыхать и качать головой. Глава инквизиции уже и забыл, каким бывает его учитель в тот момент, когда инстинкт охотника в нем начинает преобладать над разумом и природной ленью.

Тощий, длинный, прямой, словно жердь, инквизитор закончил писать письмо и, подтянув руками непослушную ногу, поднялся. Он усмехался в редкую бороду, радуясь тому, что у Мориана Хатта прекрасно работают мозги и ему, Жилю Ульграну, даже не пришлось обеспечивать его ложью.

Так, продолжая улыбаться, он вылез из-за стола, приволакивая левую ногу, дошел до сургучовой грелки. Капнул коричневую жидкость, запечатал бумагу и приложил кольцо. Печать инквизитора, как всегда, выглядела грозно и прекрасно. Ульгран открыл клетку, достал серую, как и он сам, птицу и прицепил на лапу голубю письмо.

— Кому пишешь, Жиль? — голос за его спиной, спокоен и силен.

Ульгран медленно обернулся и покачнулся, едва удержавшись на ногах, он сделал несколько шагов, сильно припадая на левую ногу.

— Сестра в деревне заболела, вот пишу ей...

Руки его сжимали серого голубя со странным, почти петушиным хохолком на голове.

Мориан вздохнул, ему так надоели люди, пытающиеся что-то от него скрыть.

— Если ты начинаешь врать — убедись, что ты врешь людям, которые не могут знать правды.

Инквизитор Ульгран молчал, опустив глаза в пол. Он не хотел говорить, а если бы и хотел, то все равно не стал бы. Он открыл рот и закрыл его снова, пальцы его разжались, и птица встряхнула крылья. Голубь, ощутив свободу, взмахнул крыльями, сделал круг над инквизиторами, полетел к окну и, уткнувшись в невидимою преграду, упал на пол.