Похитители смерти

Через несколько дней Глава окончательно потеряет терпение, и улицы Альдеи заполнятся инквизиторами. И они не будут столь спокойны как прежде. Многим придется проститься не только с их незаконными делами, но и с жизнями, а этого Мориан хотел меньше всего. Ему были симпатичны люди, отчаянно пытающийся выжить, и не преступающие закон, а лишь слегка обходящие его. Люди вроде держательницы дома терпимости — Хали, или трактирщика Стержака. И если последним он бы мог пожертвовать, то к Хали он испытывал нежные чувства, ощущая рядом с ней себя значительно моложе, чем был.

А потому у него оставалось только пара дней, чтобы найти тех, кто крадёт тела.

— Вот ты как хочешь, — шепотом произнес он, — но я не возьму в толк, куда пропадают эти парни в рубищах. Не растворяются же они в воздухе.

— Нет, — Дориан покачал головой, — не растворяются точно. Вот сгорают это да. Помнишь, когда на нас напали, я поджог одного, но клянусь, никто так не вспыхивал от магического огня как тот парень. Он сгорел за мгновение.

— А те, кто утащил тело? Куда делись они?

Дориан пожал плечами.

— А еще, откуда они узнают об умерших? Как они с такой точностью выбирают именно те катафалки, что везут покойников, к которым еще не приходила смерть.

— А откуда мы о них узнаем?

— А вот это отличный вопрос, — Мориан засмеялся. — И почему я раньше себе его не задал, — он почесал подбородок, произведя звук, от которого Дориана передернуло. — Нам о них сообщают похоронщики. Помнишь, Шерег прислал подручного.

Но то самоубийца, а остальные.

Мориан замолчал, чувствуя, что ответ совсем рядом и одно неверное движение может спугнуть его. Каким-то образом все связанно, похоронщики, Цириция, атака демона и неумелая, злая попытка скрыть то, что произошло в доме князя. С последнего он и начал новый виток рассуждений.

— Если предположить, что графиня Брок действительно дочь Леди Цириции, то мы получаем странную схему, — сказал он и подскочил.

Он чертил руками круги в воздухе, сокрушаясь, что не догадался попросить у демонолога бумагу и перо.

Но и без них у него неплохо получалось. Он сдвинул кресло, назвав его Цирицией, поставил стол так, чтобы тот упирался в спинку кресла и нарек его Глисией, затем согнав Дориана с места, придвинул его стул к столу сбоку. Замер, несколько секунд глядя на получившуюся странную, ускользнувшую от Дориана схему, и вдруг засмеялся. Он покачал головой и подмигнул ученику.

Дориана передернуло.