Похитители смерти

Ответы Морина записывал, чтобы потом сверить с тем, что будут говорить другие.

Дориан же откровенно скучал. Еще в башне Мориан строго настрого приказал ему молчать до тех пор, пока он на правах наставника не разрешит ему вставить вопрос. Мориан же заметив на лице напарника скуку, стал пододвигать к нему записи, и это скрасило часы допроса.

За князем последовали его жена и сын, затем приближенные, придворные, а после охранники, повара, кухарки и другие слуги, что могли хоть что-то знать о происходящем в доме князя.

— Если они и врут, то весьма умело, — сказал он, растирая поясницу. — Я много лет допрашиваю людей, и худо-бедно научился отличать ложь от полуправды и тем более правды. Если здесь хоть кто-то соврал, то он искренне верит, что это так и было. А значит, Леди Цириция действительно умерла в собственной постели. И нам ничего другого не остается, как найти ее тело и тех, кто его похитил.

Они были в комнате вдвоем, но Дориан почти не сомневался, что их слушают и, быть может, даже смотрят на них. По крайней мере его не оставляло чувство беспокойства подхваченное еще в коридоре и лишь ненадолго отпустившее его когда начался опрос. Он подошёл к наставнику и, прикрыв жетон ладонью, положил его на стол.

— Разыграем монетку? — шепотом спросил он, глядя наставнику в глаза.

— А давай! — усмехнулся тот в ответ. — Если уж и ворошить осиное гнездо, так сразу.

Он вышел и через минуту вернулся с князем.

— Мне бы хотелось, чтобы здесь собрались все те, кого я опрашивал сегодня, исключая слуг.

— Я это устрою, — кивнул князь. — А пока я вновь собираю всех, кого вы хотите видеть, прикажу подать ужин. Вы, наверное, проголодались за весь день. После ужина и начнем.

За столом сидели восемнадцать человек, не считая князя и инквизиторов. Каждый из них выражал открытое недовольство тем, что придется потрать еще несколько часов на пустые разговоры об умершей старушке.

За окном медленно скользила луна, ее свет проникал в комнату через неплотно закрытые шторы, рисуя на полу причудливые узоры. Смешиваясь с дрожащим светом ламп и свечей, лунные отблески искажали лица сидящих, превращая их то в чудовищ, то, напротив, молодя и делая прекрасными.

Мориан разложив перед собой исписанные бумаги, снова занялся тем, что спрашивал, наблюдая, как реагируют люди на его вопросы.