"Хранитель кладов"

А я ее — нет, мне без нее кранты настанут, потому что я чужак в чужом мире. Да и убивать я не умею. Как-то не сподобился научиться за прошедшие годы. Морду набить запросто могу, но чтобы жизнь забрать… Это нет.

Но это не значит, что стоит под Стеллу подстраиваться, она должна помнить о том, что ситуация трефова для нас обоих. Орать или вести себя как подросток, с претензиями и обидами, разумеется, не стоит, но и решать за нас двоих она не должна. А то раз подобное проскочит, два — и все, я стану при ней то ли декорацией, то ли посыльным.

— Согласен, я в ваших делах почти ничего не смыслю. Но некоторые решения давай все-таки принимать вместе.

— Хорошо, — согласилась ведьма, причем было видно, что плевать ей на мою просьбу. — Как скажешь.

— Луной поклянись, — потребовал я, припомнив кое-что из ее слов, произнесенных ранее. — И этой… Книгой Вед. Душой можешь не клясться, ее у тебя все равно нет.

— А ты умеешь слушать, — Стелла потушила сигарету в пепельнице, прибитой к столику гвоздем. — И слышать. Ты опасный человек, Валера Швецов из Москвы.

— Я мирный человек, которому хочется как можно быстрее вернуться в свой бронепоезд, стоящий на запасных путях. Давай, не тяни. У меня еще несколько вопросов есть, а Абрагим скоро вернется. Он товарищ неразговорчивый, вряд ли по телефону долгую беседу будет вести.

Что аджин кому-то звонит, я заметил почти сразу. Да он и не скрывал этого, маяча в окошке раздачи с трубкой смартфона в руках.

— И наблюдательный! — растянула губы в улыбке ведьма. — Как же мне повезло с напарником!

— Не хочешь клясться? — уточнил я.

— Не хочу, — улыбка покинула лицо Стеллы. — И не стану. Очень с нас большой спрос за подобное, так что перебьешься.

— Хорошо, — я закинул ногу на ногу. — Тогда и с себя я всякие ограничения на данный счет снимаю. Мы вместе, но каждый сам по себе, и, если что, претензии не принимаются.

— Дрянь у тебя характер-то, — отметила Воронецкая. — Тяжело, небось, на свете живется?

— С чего бы? — удивился я. — Нормально мне живется. Если бы не эти ваши потусторонние тайны, в которые довелось вляпаться, так и вовсе… А теперь все, пропало лето. Ладно, это лирика, я сказал, ты услышала, работаем дальше. Вот скажи лучше, кто такой Карл Августович? Я так понимаю, он человек не сильно простой, иначе бы мы к нему на прием куда легче попали.