Твоя безумная Кэтрин

– Шесть с половиной, – поправил ее Мишка и, не моргнув глазом, выдал: – Нас нанял Назар Алексеевич, чтобы возобновить поиски сестры, открылись новые обстоятельства…

– Не продолжайте. – Она грустно улыбнулась. – Он так и не смирился. Никогда не смирится. Идемте в комнату, – предложила она, – там будет удобнее.

Мы прошли следом за хозяйкой в небольшую комнату с кожаным диваном, беззвучно работающим телевизором и небольшой дамской сумочкой стоящей на круглом столе.

– Чаю, извините, не предлагаю, собираюсь на работу.

– Елена, какой она была? – спросил мой спутник, без приглашения усаживаясь на диван.

– Катарина? – уточнила женщина, а потом открыла и закрыла сумку, словно вопрос заставил ее нервничать. А я машинально отметила, что задумавшись о чем-то своем, Елена назвали девушку совсем другим именем, а вот Мишка пропустил это мимо ушей. Или сделал вид, что пропустил. – Она была тихой, почти незаметной. Лишнее слово боялась сказать. Хотя, это только мое мнение.

– Нас и интересует ваше мнение.  Кого она боялась? Может, брата?

– Назара? – Елена едва не рассмеялась. – Что вы, она его боготворила. Да и он ее тоже. Знаете, я видела ее редко, всего несколько раз, но если мне что и запомнилось, так это то, как они друг на друга смотрели. Знаете, иногда я ловила себя на том, что ревную. Он никогда не смотрел так на меня.

– Вы ведь знаете, что они не были родными? Они вообще не являлись родственниками, их отцы дружили с самого детства, если не ошибаюсь, едва ли не братьями себя считали.

– В том то и дело, – Елена вздохнула, – об этом в Медведино знали все. Да и как скроешь, если отец Назара оформил опеку над девочкой после смерти ее родителей? Так что, если бы… – Она замялась, а потом нашла в себе силы продолжать: – Если бы они сошлись, никто бы не осудил, разве что старичье поворчало, да и то недолго. А остальные счастья бы пожелали.

– Какие странности? – Михаил подался вперед.

– Она иногда разговаривала с невидимыми людьми. Иногда даже кричала на них. Это рассказывать просто, а как сам увидишь – испугаешься.

– Представляю себе. А животных она не резала?

– Каких животных? – не поняла женщина и снова открыла и закрыла сумку.