Море Имён

— Летом надо отдыхать и набираться сил, — наставительно сказал Алей. — А вот со следующего года чтоб никаких троек!

— Ага. Аля... — Иней моргнул, помялся; Алей наклонился к нему, — а меня перевести хотят в другой класс.

Алей на миг задержал дыхание. «Хорошо, что мне об этом Лёнька рассказал, — подумал он. — Всегда лучше знать заранее».

— Никто тебя не переведёт, — твёрдо заверил он. — Я сказал.

Иней вздохнул и умолк.

Алей покусал губу. Не стоило тянуть время. Иней был по натуре парень замкнутый и не то что жаловаться — разговаривать с людьми не любил.

— Ну что ты, Инька? — тихо спросил Алей. — Мама с дядей Лёвой ругаются?

Лицо брата потемнело.

— Нет. Не ругаются, — сказал он таким голосом, что ясно стало: лучше бы ругались.

— А что?

— Алька, возьми меня к себе жить.

Алей оторопел.

Этого он не ждал.

Иней слез со стула и стоял посреди крохотной кухоньки, умоляюще глядя на брата.

Алей уронил голову на руку.

— Ты чего, Толстый? — грустно сказал он. — Я же учусь, работаю, дома почти не бываю. Кто тебя кормить будет?

— Я сам! — выпалил тот.

— Пельменями питаться? Тебе расти надо, нормально есть.

— Аля, пожалуйста! — Иней подошёл вплотную, дотронулся до его рукава.

— Инька, — Алей заглянул ему в глаза. — Я же не мама. Ты пойми. Ты тут будешь один сидеть, не смогу я с тобой возиться. А если случится что — а меня нет?

— Я тихо буду, Аля.

— В интернете станешь сидеть целыми сутками, в игрушки играть?

— Не стану, — ровно сказал Иней. Губы его сошлись в ниточку. — Аля, вот хочешь, поклянусь? Я всё буду делать, как ты скажешь. Я мешать не буду. Если вдруг что... если я хоть четвёрку получу — ты меня сразу выгонишь.

— Толстый, ты с ума сошёл.

— Не сошёл, — сбивчивым шёпотом заговорил Иней, схватив его за руку, — не сошёл, Аля, я же... Аля, он меня постриг, а я не хотел, я хотел чтоб как у тебя было... Аля, он хочет, чтоб я его папой называл! Чтоб я фамилию поменял, Алечка! Иней Шишов, блик, как это клёво!..

Он задохнулся и умолк. Чёрные глаза беспокойно блестели, слёзы плыли по ресницам.

Алей закрыл лицо ладонью.

— Тьфу ты...