Форпост

В этот момент кованая дверь с грохотом слетела с петель, и в коридор ворвались уродцы.

— Ну, конечно же, чтобы спуститься, надо подняться на самый верх! Выход наверху, а не внизу!

Глаза Пирата лихорадочно блестели, а на губах играла безумная улыбка. Выставив саблю вперед, он помчался к лестнице. Я вцепилась в его крюк, боясь, что если отпущу, то меня будет ждать участь Подруги. Одуревшие призрачные голоса орали так, что начали пробуждать статуи каменных чудищ. Драконы, химеры и сфинксы обрушивались на нас со всех сторон.

Сабля пирата проходила сквозь их туши, как нож через масло. Воздух наполнился удушливой каменной крошкой.

Уродцы тоже не отставали. А ступеням все не было конца. То мы бежали вверх, то уже вниз. Погоня была вначале позади, потом почему-то впереди, и вдруг под нами. Казалось, прошли часы или даже дни, а мы все бежали, отбиваясь от статуй, не позволяя уродцам приблизиться к нам ни на шаг. Наконец, впереди показался люк. Пират заслонил меня спиной, пока я боролась с закрывавшим его насквозь проржавевшим засовом.

Каменные чудища наступали один за другим, а уродцы были уже всего в одном пролете от нас. Разбив руки в кровь, мне удалось открыть чертов люк. Пират подтолкнул меня в проход и сам подтянулся вслед за мной, быстро затворил люк и придавил его обнаружившимися здесь же тяжелыми ящиками. Мы находились посреди смотровой площадки на вершине башни.

— Выход там, где вход, — с трудом переводя дыхание, говорил Пират. — Вход, где вход? Как ты сюда попала?

— Через дверь, — не поняла я.

— Нет, до этого?

— Была буря, а потом я увидела неоновую вывеску.

— Еще раньше?

— Моя машина вылетела в кювет и… я умерла.

Кажется, я впервые полностью осознала этот факт только сейчас, произнеся неотвратимые слова вслух. С краешка носа скатилась большая соленая капля. Неужели, все кончено, и весь этот ужас станет теперь бесконечной пыткой?

Пират подошел к краю площадки и завертел головой, что-то разглядывая.

— Надо прыгать, — сказал он, испытующе глядя на меня.

— Но ведь мы разобьемся!

— Может, и нет. Смотри, — он указал на ночное небо, посреди которого плыл громадный голубой шар с различимыми очертаниями земных континентов. — Помнишь слова попугая? Если вход — смерть, то и выход тоже.

— Я не могу, мне страшно. Иди один, — обреченно сказала я, прислушиваясь, как снизу штурмовали люк уродцы. — Ты сильный, у тебя все получится. Зачем тебе обуза? Я ведь даже помочь ничем не смогла.

— Ты очень помогла.