Доля ангелов

Не спеша прикурил от голубого язычка пламени коротенькую сигарку (привык, привык Савва к табачным изделиям братской Кубы; еще после Плайя-Хирон сам Фидель презентовал ему первый ящик сигар, ну и вошло в обычай) и удобно устроился на диване, обтянутом кожей бегемота.

— Сегодня у Вас день рожденья, — мелодичным женским голосом напомнил электронный будильник. — Вам исполнилось...

— Иди ты, — добродушно отмахнулся Савва Степанович, щелкнув по кнопке, — а то я сам не знаю!

 Денек и вправду был хорошим. На небе — облачка, но не тучи, а так — чтоб солнце не жарило.

Савва не любил яркий солнечный свет с тех самых пор, как его, уже майора, покусал в джунглях Камбоджи вампир, нанятый спецами из ЦРУ. Советская наука, конечно, сотворила чудо и сыворотку — но все равно, дни с тех самых пор Савва Степанович предпочитал пасмурные, а диверсионные операции — ночные или в условиях Заполярья.

 А сегодня погодка была как по заказу. Даже чучело колдуна Агуштиньо в углу гостиной смотрело своими стеклянными глазами как-то особенно — бодрее, что ли.

— Эх, год не пей, два не пей, а сегодня сам Господь велел! — крякнул Савва Степанович, грузно поднялся и подошел к застекленному шкафчику, собственноручно изготовленному из крышки от панциря морской черепахи. Тварь эта как-то пыталась потопить подводную лодку «Донецк», с помощью прикрепленной к нижнему карапаксу торпеды. Но была вовремя замечена боевыми пловцами (Савва Степанович постучал пальцами по встроенному в протез гребному винту, задумался на секунду), изобличена и пущена в расход на безопасном расстоянии.

 Из шкафчика он достал початую бутылку кашасы, плеснул на половину гранчака, выпил. Шумно выдохнул, зажевал соленой черемшой, сграбастав ее толстыми пальцами из черепной крышки австралопитека, стоящей тут же, на низком столике.

— Ну что ж, господин хороший, — обратился Савва Степанович сам к себе, — пора и гостей ждать. Где там моя цигарка?

 Ожидание, впрочем, долгим не было. Не прошло и пяти минут вместе с еще одной выкуренной сигаркой, как в дверь позвонили.

Звонок был коротким, очень уверенным.

— Ага, — снова подумал вслух Савва Степанович, — ага. Это, стало быть, вон кто...

 Гуднув сервомотором протеза, он поднялся, неспешно подошел к двери, полязгал хитрыми замками.

— Каждый раз тебе удивляюсь по двум причинам, — ворчливо заметил хозяин, впуская гостя в дом. — Первая — море у меня с другой стороны, мог бы с веранды постучаться.