Дело о неприкаянной душе (Адская практика)

На всякий случай я еще раз окинул толпу надменным взглядом и покосился на Альену, которая невидимая для всех, стояла чуть позади меня. Она этот маскарад не одобряла. И в данный момент даже не думала это неодобрение скрывать. Ну и ладно. А я должен быть уверен в том человеке, которого нашла Альена. Я посмотрел на мерседес. Чтобы поддерживать иллюзию приходилось слегка напрягаться. Главное было не увлечься, иначе морок рассеется. Будет странно, если вдруг шикарная машина возьмет и растает в воздухе. Иллюзию же мордоворота поддерживала Альена, благородно сняв часть проблемы с меня.

Мордоворот, поддерживая имидж, пинком распахнул калитку одного из домов и пропустил меня. Я вошел во двор, отрезая, таким образом, от себя любопытных. Потом послал часть своей энергии в иллюзию машины. Теперь она просуществует около часа и без моего прямого участия. Главное – уложиться в этот час.

Я оглядел двор. Поленица под крышей. Сарай. За домом просматривался огород. Везде аккуратно прибрано. Чуть в стороне виднелся какое-то застекленное строение.

Сначала я его принял за теплицу. Потом сообразил, что это мастерская художника. И в данный момент там кто-то находился. Мельком бросив взгляд на довольно старый деревянный дом, я направился прямо туда. Распахнул дверь и вошел.

— Кто ты такой и что здесь делаешь? — не слишком дружелюбно поинтересовался довольно плотный мужчина с коротко постриженной бородой и заляпанным краской спортивным костюмом. В данный момент он стоял у… блин, как это у художников называется? Короче, у треноги, на которой был прилеплен холст.

В общем, художник за работой.

— Покупатель, — небрежно бросил я, оглядываясь. — Ну и бардак! — поморщился я, осматриваясь. Небрежным движением руки смахнул со стула наброски и уселся. Художник Григорий Иванович Рогожев нахмурился, шагнул было ко мне, но наткнулся взглядом на мордоворота и замер. В глазах у него отчетливо полыхнул гнев. Однако он сдержался.

— Покупатель?!

— Да, — кивнул я. — Тебя рекомендовали моему отцу. Видишь ли, мой отец решил сделать мне подарок.

А я захотел художника. Как у королей, представляешь? У нас в лицее все друзья обзавидуются. Ни у кого личного художника нет, а у меня есть.

— Чего?! — опешил художник. Мое обращение на «ты» явно его покоробило.

— Ну что тут непонятного? Я хочу нанять тебя. Только, — я кивнул на холсты, где была изображена природа, — с этим вот придется закончить. Не люблю всякую там травку, речки. Мура это все. Я хочу, чтобы ты рисовал тачки.