Герои и Злодеи. Ники

В этом было что-то забавное.

— Госпожа, это частная собственность, — я попыталась поднять Марину, но она отмахнулась. — Мы будем вынуждены...

— Позвать полисменов? Можете взять мой телефон, — журналистка протянула маленький розовый аппарат. Ну конечно, в воздухе так сильно пахнет озоном, что сейчас здесь никакая электроника не сработает.

— Или позвать Лендера. — В дверях показалась огромная фигура Спектра. — Здорова, солнышко, и пойдём отсюда.

В два шага он оказался возле сидевшей на полу женщины и поднял её на ноги, несмотря на все попытки сопротивления.

— Я взбиралась пешком на тридцать первый этаж, ты не можешь взять и вышвырнуть меня на улицу, Ленд!

— Могу.

Беспардонно закинув амбициозную леди на плечо, он вынес её на лестничную площадку.

— Я не отстану от вас, даже не думайте! — кричала журналистка, и её голос звонко разносился, отражаясь от стен. — Ты меня знаешь, Юли, я всегда получаю желаемое!

— Всегда, — эхом повторил доктор.

Я выразительно глянула на него:

— У тебя какие-то проблемы с Мариной?

То, что между ними какие-то особые отношения, нельзя было не заметить и промолчать тоже нельзя — любопытно же! Воображение мигом нарисовало романтическую историю из их совместного прошлого.

Осталось только как-нибудь уложить в голове Юлиуса и живую девушку вместе. Насколько мне известно, доктор Алерайо не проявлял особого интереса ни к женщинам, ни к мужчинам.

— Она меня пугает, — бесцветным голосом ответил доктор. — Женщина... С ними по жизни много проблем. С тобой, кстати, тоже, просто ты хорошо маскируешься.

— Что за обещание ты ей дал?

— Не важно. Глупый мелодраматический порыв! Я вообще думал, что это не больше чем социальный протокол вежливости, который ни к чему не обязывает.

Он попробовал пригладить взъерошенные волосы, но от статики на его руках они ещё сильнее растрепались. Лендер не стал задерживаться, поэтому продолжить расспросы не удалось.

— Прости, не хотел быть грубым, — крикнул Ленд вдогонку журналистке и с шумом захлопнул дверь. Вздувшаяся на стенах краска посыпалась на пол. — И рад был тебя увидеть.