Если бы я был вампиром

Она ворвалась в палату, едва услышала возню, и мне пришлось, слегка оглушив, связать её одеялом, порванным на полоски. Я честно перед ней извинился, но получил столько оскорблений в свой адрес, что быстро ретировался, конфисковав у охранника, которого тоже пришлось оглушить, защитный костюм «берёзка». И вот теперь я прогулочным шагом шёл домой. Интересно, там уже собрались соседи? Нынче у них это в моду вошло — меня отпевать.

* * *

Зря я решил, что меня так просто отпустят. Военные тоже не дураки.

От Красной площади я далеко не ушёл, меня начали окружать ещё на ней, но я этого не заметил, и, когда прошёл до конца ГУМа и свернул за угол, меня попытались поймать.

С двух сторон совершенно безлюдной улицы выехали, шелестя шинами по асфальту, две чёрные «волги» и преградили мне дорогу. Я оказался в тупике. Повернувшись назад, я обнаружил, что на Красной площади уже стоят ряды людей в защитной форме.

И как они успели разогнать всех зевак?

Ряды расступились, и вперёд вышел уже очнувшийся Сергей Иванович.

— Ну что, по-хорошему вернёшься или с шумом? — спросил он, потирая шишку на затылке.

— По-хорошему разойдётесь или разогнать? — в свою очередь спросил я.

Вообще-то, странное дело, раньше за мной никакой кровожадности не наблюдалось. И уж тем более я никогда не дрался. А тут легко оглушаю двух военных, да ещё и спокойно прикидываю, как разогнать взвод солдат. Да я даже в школе никогда ни с кем не дрался. Не умел. Хотя, наверное, это всё из-за боли.

— Вот он, гад. Давайте, отправьте его опять в больницу, — предложил учёный.

Наверное, я его слишком сильно ударил — обиделся видать.

— Зря вы так, всё равно сбегу от вас, — сказал я, ища взглядом, куда бы рвануть.

Сергей Иванович посмотрел на меня тяжёлым взглядом.

— Всё равно без нас тебя убьют.

В этом он был прав, вот только в полной ли мере? Кто вообще знает эту меру?

— А может, я сам разберусь? — возразил я.

Тут появилась Лида. Она зло посмотрела на меня и что-то тихо сказала главному. Тот кивнул, и Лида пошла в мою сторону.

— Ну что теперь собираешься делать? — спросила она, подойдя ко мне.

Хороший вопрос.