Если бы я был вампиром

Тогда понятно, почему подвозила и почему она мне здесь встретилась… и почему она меня целовала…

Видимо, ход моих мыслей отразился на моём лице, потому что она тут же сказала:

— Но ты мне нравишься… правда…

Неожиданно раздался голос, который я уже стал откровенно ненавидеть:

— Минута прошла, я начинаю.

Я посмотрел в глаза Лиде и крикнул:

— Не надо, я выхожу! — а потом тихо добавил: — Прости…

Трогательно так… и гордо… если бы губы не дрожали.

Потом поднялся и, перед тем как выйти, снова повернулся к Лиде:

— Если меня убьют, — считайте меня коммунистом, а если нет… то с меня стихи.

* * *

— Вот и правильно. Я знал, что ты дурак, — удовлетворённо сказал Колдун, который, кстати, так и сидел всё это время у стойки бара, никуда от неё не отходя.

— Зачем вам меня убивать? — спросил я.

— А ты так и не понял, тринадцатый? Ты убил земное тело нашего бога. Ему понадобится не один месяц, чтобы восстановиться. Ты убил одного из тринадцати, так что ты заслужил смерть.

Пока он разглагольствовал, я оглядывался по сторонам, пытаясь увидеть, кто же стрелял из автомата. Никого с автоматом я не увидел. В помещении были только люди, лежащие на полу, и я с Колдуном, сидящим у стойки.

— А с чего ты решил, что справишься со мной? — нагло спросил я его, хотя душа у меня была не на месте.

— Во-первых, не тебе со мной тягаться, а во-вторых, я не один. Ребята, покажитесь нашему другу, — злорадно произнёс он.

Тут передо мной появился тот самый человек в сером.

Просто так, из ниоткуда, взял и появился. Из-за стойки вылез толстяк, которого я тут же окрестил барменом, хотя, скорее, он был родственником того чудища, что недавно встретилось мне в парке. Но самое жуткое было то, что из-за стола, за которым прятались Лана и Чиж, вышел ещё один мужчина и, держа их на мушке, подвёл к бару. Не доходя до стойки, он оглушил обоих ударами приклада.

— Ну что, Рэмбо? Какие ещё будут вопросы? — осведомился Колдун.

— А похороны за ваш счёт или за мой? — спросил я, прикидывая расстояние до человека с автоматом.

— За наш, за наш, — успокоил меня собеседник.

— Вот и хорошо, а то, наверное, дорого четыре могилы-то рыть, да ещё и памятники ставить, а впрочем, обойдётесь без памятников, — быстро проговорил я и прыгнул на человека с автоматом.

В этот раз время почему-то не замедлилось, и я напоролся на пули. Мне обожгло грудь, и я упал на пол.