Если бы я был вампиром

 — Пойдём?

— Пойдём, пойдём, — ответила она. — Пока, Виктор.

— Тзайдянь, — автоматически ответил я.

Чиж и Лана посмотрели на меня как на больного, синхронно пожали плечами и ушли. Видимо, к Лане домой. Ну и фиг с ними, у меня есть визитка Лиды. Вот соберусь с духом и позвоню. Должен признать, что они вдвоём хорошо смотрятся.

Я проводил поднимающуюся по лестнице парочку взглядом, пока они не скрылись из виду. Потом достал визитку, посмотрел на неё, вздохнул и, убрав в карман рубашки, чтобы не потерять, пошёл к одной из шумных компаний.

— Какие люди!

— Руно!

— Где пропадал?

Вокруг меня появилось множество радостных лиц, знакомых и не очень. Вот уж никогда бы не подумал, что успел завести столько знакомств. И уж тем более не догадывался, что по мне кто-то мог и соскучиться. Во всяком случае, моему появлению были весьма рады, а это уже огромное достижение для такого нелюдимого буки, как я.

— Да вот, ушёл в загул, понимаешь, — ответствовал я, стараясь не показывать, насколько я польщён.

— Наверняка ушёл не в загул, а в запой! — предположил кто-то.

— Скорее встретил любовь всей своей жизни! — раздался незнакомый мне женский голос.

Такое конечно же могло прийти в голову только женщине.

Я не нашёл что ответить, но этого и не требовалось. Все догадки, в основном довольно глупые, быстро иссякли, и наступило время тостов. Тосты были самые разные, но и их изобилие было не бесконечным. Вскоре все люди «от искусства» перешли на стандартные «Будем» и «Хлопнули».

— Вы не слышали новостей? Тут недавно случай очень интересный произошёл, — обратился ко мне рыжий толстяк довольно потрёпанного вида, явно считавший меня своим знакомым. Хотя я был уверен, что вижу его впервые.

— И что же за случай? — с деланной заинтересованностью спросил я, морально приготовившись к очередному описанию политической или социальной жизни нашего района, изобилующей совершенно ненужными подробностями и нелестными отзывами в адрес государства.

Толстяк призывно махнул рукой в сторону стойки бара, и я с ужасом понял, что подробностей будет много. Но отказываться было уже поздно, и я с видом мученика последовал за ним. Едва сев за стойку, толстяк начал свой слегка сбивчивый рассказ.