Я — зеркало

Лучшим вариантом для меня было умереть во сне.

Глава 9

«Нас никто не встретил», — почему-то это было первым, что я про себя отметила. Безликий вокзал, один из сотни таких же безликих был совершенно равнодушен к своим гостям, и те отвечали ему взаимностью.

Табло погасло, стоило пройти в его направлении пару шагов. Какой-то уж преувеличенно бодрый Толик сообщил, что больше поездов на сегодня не будет, подхватил меня под руку и чуть ли не потащил в нужном направлении. Оглянулась в поисках Андрея, но спина того уже маячила где-то впереди.

Островский продвигался широким размашистым шагом, не замечая, казалось, никого вокруг и совсем позабыв, а может быть, даже и не вспомнив о попутчиках. Проследивший мой взгляд Толик пожал плечами: мол, что с него взять — и, наконец, отпустил моё предплечье, предлагая открытую ладонь. Это было похоже на некий дружеский жест и попытку поддержки, в которой я абсолютно не нуждалась. Но приняла её, про себя отметив, что наконец-то ощутила от мужчины некую тень желания.

Тонкую ниточку чего-то на грани жалости. Он хотел хоть как-то облегчить моё состояние, но в силу каких-то обстоятельств не мог.

— Нам долго идти? — молчание нисколько не напрягало, а вот разом навалившаяся усталость — вполне. Мне нужно было хоть немного побыть в одиночестве на новом месте, чтобы начать нормально соображать. Голова шла кругом. Наверное, я слишком привыкла быть одной и компания сразу из двух человек, пусть и не слишком общительная, меня утомила.

Вопрос прозвучал в никуда. Толик уже был порядком загружен своими мыслями, чтобы услышать мой тихий голос. И чем дальше мы продвигались, тем крепче стискивал он мою руку. Шипела — мужчина как-то странно дёргался, словно просыпаясь, ослаблял хватку, а затем всё повторялось вновь.

Откровенно заскучав, стала рассматривать людей вокруг, которых по пути нашего шествия становилось всё меньше. Что-то в них казалось мне неправильным, хоть и объективных причин для этого не находилось.

Взглянула на своего провожатого — он был взвинчен до предела, хоть и выражал внешнее спокойствие. Мимика Толика сейчас не выражала ничего, кроме лёгкой задумчивости, однако его напряжение полностью передавалось мне через стальное соприкосновение.

Неожиданно сильно накрыло желанием немедленно покинуть это место, пусть и лишённое явной угрозы. И лишь тот факт, что тем, кому я так просто доверила свою жизнь, происходящее тоже не нравилось, немного успокаивал.