Extensio

Да и девчонка начала вытягивать из петель на латексных штанишках что-то вроде телескопического хлыста.

— Вы что, друзья мои? — с участием спросил Джим смуглого, когда до него осталось меньше десяти ярдов. — Отстали от цирка? У меня нет билета на ваше представление в любом случае. Не в этот раз.

На последних словах Джима смуглый и напал. Он держал рукоять креста обратным хватом. И именно странное положение его руки спасло Джима, хотя, возможно, он почувствовал бы опасность в любом случае. Смуглый взметнул перед собой кулак так, словно собирался следующим движением забить Джима в горелую землю Инфернума, насадить его макушку на обломок меча, но неведомо откуда взявшийся клинок уже летел из-под его кулака, чтобы снизу вверх вскрыть плоть незнакомца, осмелившегося явиться в чужое царство.

Но соперник смуглого оказался слишком быстр.

Уходя с линии удара, Джим развернулся на левой ноге и одновременно шагнул под меч, перехватил смуглого за запястье и подставил его руку под сверкнувший отраженным утренним солнцем или раскалившийся от внутреннего пламени хлыст.

Паленым запахло мгновенно, глаза девчонки расширились, но затверженное действие требовало продолжения, и она рефлекторно дернула на себя рукоять техноплети, после чего ее покровитель лишился правой руки по локоть. Стиснув зубы, смуглый упал на колени. И точно так же упала на колени его девчонка, собираясь взвыть от досады, но ударившая ее в лоб кисть, которую Джим сорвал с рукояти материализовавшегося меча, заставила девчонку заткнуться.

Соратники сраженного главаря напали на Джима разом. Наверное, бойцы поняли, что имея против меча ножи и шокеры, они могут рассчитывать удачу, лишь напав на одиночку толпой. Или у них просто не было выбора, настолько они страшились своего главаря.

Джим не стал рисковать. Он поймал на странный серый клинок, более всего напоминающий мгновенно выращенный кристалл, два брошенных ножа, отбил их, затем резко подался в сторону, срубил одно противника, другого, и вслед за этим словно выстроил их в очередь, уделяя каждому лишь один взмах странного оружия и делая это столь быстро, что даже про себя не успевал произносить одну из двух фраз, которой собирался отметить каждого — «я только защищаюсь» и «это всего лишь игра».

— Это всего лишь игра, — произнес он во весь голос, когда перед ним свалился последний и оглянулся. Смуглый все так же стоял на коленях, зажимая культю, но смотрел на Джима не так, как жертва смотрит на победителя.