Дети Силаны. Натянутая Паутина (том 2)

— Я прибегну ко всем своим возможностям, чтобы в кратчайшие сроки отыскать ее и вернуть в целости.

— Вы даже своего ученого отыскать не можете! А ведь он для вас гораздо ценнее Луанар! С чего бы королю вам верить?

— Король напрасно обвиняет меня в бессилии, Имперра работает. Сегодня мой протеже встретился с человеком, известным как стальной пророк Грюммель. Тот был бы схвачен и уже проходил бы через процесс дознания, кабы не подоспела ваша бывшая фаворитка. Тан эл’Харэн едва не погиб, служа вашей короне.

Форхаф, услышав имя кровника, впервые испытал яркие эмоции. Король же демонстрировал облако мутных клякс страха, сомнений и гнева. Опьянение искажало его эмоциональный фон для моего восприятия, но по лицу было видно, что Солермо перебирал в голове тяжелые мысли.

— Можете идти, — наконец молвил он, не открывая слезящихся глаз.

— Конечно могу. — Я лишь в самом конце мазнул по картине этой безобразной беседы легким напоминанием, кто здесь правитель Мескийской империи, а кто — всего лишь мелкий королишко.

Форхаф догнал меня в анфиладе залов и стал молча следовать на расстоянии. Вернувшись в свои покои, я приказал провести грядущего гостя в мой кабинет. Викарн не заставил себя долго ждать.

— Кажется, только вчера я велел вам уйти и больше не мозолить мне глаза.

— И мы подчинились, как положено делать тем, у кого не осталось веских аргументов.

— Но сегодня вы решили вернуться.

— Да, тан Великий Дознаватель. У нас появился аргумент.

— Любопытно было бы услышать.

— Извольте…

— Коньяку? Виски?

— Я… не пью, — неожиданно смутился тигр.

Сняв маску и скинув плащ на спинку кресла, я налил себе и кивнул:

— Говорите.

— В канцелярии его величества готовится приказ о реформе тайной службы. Суть этого документа в том, что я буду назначен коронером1 его величества и отныне вы, то есть ваша ложная личность, будет обязана советоваться со мной во всех важных вопросах.

# # 1 В данном контексте — представитель интересов короны, эмиссар, доверенное лицо короля с полномочиями.

Покачивая тумблер в одной руке, я некоторое время молча рассматривал его лобастую морду.

— Значит, король решил превратить вас в намордник для меня, но даже не пожелал сообщить об этом. Подло и недальновидно.