Тотем Человека

– Он меня ударить хотел, – сказала она. – Рука дернулась. Но не ударил.

Она помолчала.

– Помирились, – сказала Дина. Саша несколько раз кивнула, глядя перед собой.

– Ты меня считаешь дурой? – спросила она. – Только честно.

Дина посмотрела на нее сверху вниз.

– Ты хоть знаешь, зачем Черный нужен ворону?

Саша стала раскачиваться, обхватив колени.

– Не знаю. Он не сказал. Короче, если считаешь меня дурой, можешь считать дальше.

«А ведь ей и впрямь важно мое мнение, – с удивлением подумала Дина. – Почему? Ах да.

..»

– Знаешь, – сказала она, – на твоем месте я поступила бы точно так же.

Саша продолжала раскачиваться.

– В общем-то, я и поступила точно так же, – подумав, закончила Дина.

– То есть, ты меня дурой не считаешь?

– Еще как считаю.

Саша встала, шагнула к Дине и обняла её. Дина осторожно погладила Сашу по спине. Спина была горячей и твердой.

– Я поеду, – сказала Дина. – Попробую его уговорить.

Саша выпрямилась.

– Если что, вали все на меня, – сказала она с бедовым выражением.

Дина усмехнулась.

– Если что, – повторила она, поднимаясь. – Если что – мы все покойники.

Она вышла из дома. «Уазик» стоял у самого подъезда, наполняя двор ядовитым выхлопом. Дина забралась в машину, и Боб рванул с места.

Некоторое время они ехали молча, с огромной скоростью рассекая утренний туман, одинокие на дороге, словно последние люди на земле.

Потом Дина спросила:

– И тебе плевать?

Боб сказал:

– Это наше дело. Только наше.

Дина снова разозлилась. На минуту ей больше всего захотелось сказать, что она пошутила, соврала, чтобы всех подразнить.

Сказать – и отправиться спать. И спать не меньше суток кряду. Тогда она ощутила бездонный ужас оттого, что было уже поздно, поздно, что она сделала непоправимое, упустила свое ненадежное счастье, быть может, навсегда. Но Дина тут же вспомнила, что теперь она – пилот-бомбардировщик. Бомбы уже летят к земле. Ей стало чуточку легче.

– Здесь налево, – сказала она.

– В том доме? – спросил Боб.

– Да, – сказала она. – На пятнадцатом этаже.

Боб открыл дверь. Почему-то его ключ подошел, может, случайно, а может, был у него какой-то особенный, ментовский волшебный ключ. Они вызвали лифт – Дина впервые ехала в этом лифте. Ничего себе кабинка, стены под дерево отделаны, и зеркала... Великий Тотем, ну и видок у меня. Под глазами будто синькой намазано. Останусь живой – высплюсь, решила она, и тут лифт остановился.

– Что теперь? – спросил Боб. – Сюда?

– Ну, – она ухмыльнулась, – на самом деле, нет.