Гарри Поттер и глина Эдема

Как выяснилось, обсуждали предполагаемую личность убийцы, однако в отличие от момента его первого появления в Айзентурме, в этом разговоре даже и не пахло оживлением, с каким подростки склонны воспринимать зловещие события, не касающиеся их самих. Убийство в стенах академии, да еще и одного из них, разрушило атмосферу захватывающей тайны, окружавшей неведомого мага-преступника, и заставило столкнуться с реальным миром раньше, чем они оказались к этому готовы.

Нет, насколько Гарри мог судить, никто из них не выдавал явного страха: каждый из учеников демонстрировал решимость сражаться за себя и своих друзей, включая даже тихоню-Урсулу и до тошноты правильного Ханса, — программа обучения ориентировалась на эту перспективу с первых же курсов.

Но есть в жизни линии водораздела, зайдя за которые, человек необратимо меняется, утрачивая по кусочку то, что оставалось в нем от ребенка. Граница только что была пройдена, и теперь Гарри, уже встречавший смерть лицом к лицу, с невеселым чувством узнавания смотрел на то, как трагедия повлияла на его сокурсников.

— А я думаю, что убийца — просто психопат, собирающий коллекцию, — излагал свою теорию Курт. — Вы обратили внимание на то, что все жертвы разных национальностей? Первая — афроамериканец, потом цыганка, за ней — кто-то из славян, следом — еврей, и вот теперь Карл, немец...

— Не очень сходится. Мать Карла тоже была из иудеев, — возразила Урсула.

— Убийца мог этого не знать...

Гарри подошел поближе, чтобы присоединиться к разговору, но не успел и рта раскрыть.

— Гарри! — обратилась к нему Эрика при его появлении. — Ты понял, о чем говорила Кох? Что еще за следы? Ты их видел?

— Видел, — кивнул Гарри и, повинуясь внезапному порыву, выпалил: — Кажется, я знаю, кто их оставил.

— Что? И ты никому не сказал? — нахмурился Курт.

Гарри вздохнул. Пути назад не было. Возможно, он сейчас испортит жизнь невиновному, но, проклятье, Саран сам напросился. Незачем было вести себя настолько по-идиотски.

— Да, не сказал, — ответил он, — потому что не уверен, что этот человек виновен.

Но ведет он себя… странно. Мягко говоря. Наверное, я прошу слишком многого, но мне нужна ваша помощь, ребята.

— Конечно, Гарри, — с оттенком недоумения в голосе ответила Эрика. — Но кто это? Нам-то ты скажешь?

— Это Саран.

Гарри бросил взгляд на потерявших дар речи ребят и начал рассказывать все с самого начала. Они восприняли это легче, чем он опасался: похоже, от неуравновешенного Сарана здесь и ожидали чего-то в этом роде.