Гарри Поттер и глина Эдема

По-своему забавно, ведь правда?

Весь остаток занятия просвещенная Фриз бомбардировала их зубодробительными социальными моделями в виде систем дифференциальных уравнений, то и дело совершая краткий экскурс в прошлое в поисках подходящей иллюстрации той или иной концепции. Каждые пять минут она бросала все тот же любопытный взгляд на Гарри, нимало не смущаясь тем, что он это видит. Он решил для себя, что Эльза Фриз ему, в принципе, нравится, но все же облегченно вздохнул, когда занятие завершилось, и теперь радовался возможности перевести дух между большими группами занятий, прогуливаясь по периметру главного холла.

— Гарри! — услышал он сзади голос догоняющей его Гермионы и замедлил шаг. — Гарри, послушай. Я тут поговорила с другими учениками, и еще забежала к профессору Квирреллу, чтобы обсудить с ним тоже. Он поддерживает мои взгляды, хотя и считает, что учреждение организации будет преждевременным, однако…

— Подожди-подожди! — взмолился Гарри. — Я ничего не понимаю. Можно с самого начала?

Гермиона тяжело вздохнула и с упреком посмотрела на него, однако сразу оттаяла и принялась объяснять.

— Ты помнишь, мы говорили о бесправном положении эльфов как в Хогвартсе, так и здесь, в Айзентурме? Я давно подумывала о создании организации, которая бы занималась защитой их прав. Но поговорив с ребятами, я поняла, что это только часть проблемы. Этот шовинизм магов по отношению к эльфам, шовинизм чистокровных магов по отношению к полукровкам и… таким, как я, — одного поля ягоды. Психология рабовладельца — вот, что это такое.

— Но големы — просто бездумные автоматы, у них нет…

— Вот! — торжествующе подняла палец Гермиона. — Именно так к ним все и относятся.

— Ну и что? Они ведь действительно таковы, пока в них не перенесли личность человека.

— Откуда ты знаешь, Гарри? Они просто другие, они отличаются от нас почти во всем. Но разве это повод, чтобы порабощать их?

Гарри покачал головой, но смирился с неизбежным. Социальную активность Гермионы остановить было практически невыполнимой задачей, поэтому он прислонился к стене и приготовился слушать.

— Что это? — спросил Гарри.

— Устав организации. Прочти.

Гарри пробежался глазами по верхней части листа. «Пара-Ингольштадское рациональное движение эгалитаристов (ПИРДЭ)», гласил заголовок. Он едва не рассмеялся, в последний момент успев замаскировать смех громким кашлем.