Гарри Поттер и глина Эдема

Переглянувшись, они вышли на крохотную смотровую площадку, мало отличавшуюся от простого балкона, и стали рядом у резных мраморных перил.

Холодный порыв ноябрьского ветра швырнул им в лицо капли дождя, и новый разряд молнии высветил окрестности пара-Ингольштадта до самого горизонта. Пространство едва заметно дрогнуло, и на какое-то мгновение сквозь Сумрак проступили призрачные очертания города, в центре которого они находились, невидимые и неощутимые для всех. Гарри задался вопросом, видят ли жители Ингольштадта, как в отблесках ветвящихся молний над Новым Замком встает мираж исполинской башни — тень невидимого мира, известного лишь немногим избранным.

Наверное, иногда видят, но убеждают себя в том, что это лишь кратковременный обман зрения, чтобы вскоре забыть о своем мгновенном прикосновении к тайне.

Он бросил осторожный взгляд на стоявшую рядом Гермиону. Ее лицо было омрачено тревогой, пальцы судорожно сжимали перила. Не отдавая себе отчета в том, что делает, Гарри положил свою руку сверху, почувствовав, как расслабляется замерзшая ладонь под его пальцами.

На мгновение его захлестнула паника: что, если она расценит его жест неправильно? Или, что еще хуже, правильно? Если она вспыхнет, отдернет руку и, оттолкнув его, уйдет к себе в комнату?

Но Гермиона только подвинулась ближе, коснувшись его плечом. Ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, и проследив за ним, Гарри увидел, как из-за тяжелой темной массы грозовых облаков медленно выплывает желтый диск луны.

— Полнолуние, Гарри, — сказала Гермиона.

— Завтра полнолуние.

Глава 5. Полнолуние

— На прошлом занятии мы с вами познакомились с основными математическими методами, применяемыми в теоретической истории, — начала занятие просвещенная Эльза Фриз. — Однако мы очень мало говорили о том, зачем в магической академии вообще может потребоваться изучение глубинных законов истории. Кто может предложить этому объяснение?

После недолго замешательства и перешептывания стали подниматься первые руки. Урсула Майснер, та самая рыжая девушка, подсевшая к ним в столовой в их первый день в Айзентурме, вопреки обыкновению присоединилась к желающим ответить.

Просвещенная Фриз, недолго думая, остановила выбор на ней.

— Я думаю, — тихо сказала Урсула, — что это как-то связано с задачами Ордена, а не академии.

— Ваш выдающийся отец сделал большой вклад в деятельность Ордена иллюминатов, — кивнула Эльза Фриз, — и, я вижу, успел объяснить своей дочери основные задачи нашей организации. Вы правы, Урсула.