Гарри Поттер и глина Эдема

Красноватый свет стал ярче, высветив глинистую поверхность, из которой, куда ни глянь, выступали фрагменты костей. Десятки черепов, ребер, раздробленных позвонков, фаланг — настоящее царство смерти. Желудок подступил к горлу, но он упрямо шагнул вперед. От второго шага Гарри воздержался.

В багровом сумраке перед ним высилась массивная человекообразная фигура. Она не сделала ни единого движения, но Гарри услышал голос, прогрохотавший в спертом воздухе подземелья:

— Клавем!

— Что? — беспомощно спросил он, попятившись.

— Клавем аут мортем! — последовал немедленный ответ, и фигура двинулась ему навстречу, с хрустом размалывая в кашу человеческие кости под ногами.

— Я не… — начал Гарри и снова отступил назад, зацепившись ногой за выступавшее из глины ребро и, нелепо взмахнув руками, упал на спину. В нее вонзились сразу несколько костяных обломков, но он почти не чувствовал боли, глядя на приближавшееся существо.

— Мортем! — провозгласило оно, склоняясь над распростертым на земле Гарри и занося конечность для удара.

Это был гигантский голем. Гарри вскрикнул и рефлекторно выставил перед собой руки, прекрасно осознавая, что удар глиняной длани вряд ли остановит и стальной щит. Чьи-то пальцы обхватили его запястье, и по глазам ударил свет, казавшийся ярким после кромешной тьмы пещеры.

— Гарри! — услышал он, окончательно проснувшись.

Он лежал в небольшом помещении, похожем по своей обстановке на больничную палату, только куда уютней. За окном сквозь призрачное отражение угадывался тонкий серп луны.

— Мистера Гарри прийти в себя! — завопил невесть откуда взявшийся Перки, заставив Гарри поморщиться, и нелепыми прыжками понесся к выходу. — Гарри очнуться! — провозгласил он уже из-за двери, и до них долетел его быстро удаляющийся топот вперемешку с возгласами об очнувшемся мистере Гарри.

— Что… — произнес Гарри, с трудом ворочая пересохшим языком. — Что произошло? Где я?

— Ты ничего не помнишь? — нахмурившись, спросила она. Улыбка на ее лице сменилась озабоченностью. — Ты проводил меня до двери, и когда я вставила ключ…

— Ключ! — воскликнул он и сел на кровати, моментально заработав приступ сильнейшего головокружения. — Я помню. Красная молния.