Уникум 1: Тайная дверь

Но один из пунктов договора гласил, что до обретения минимального класса и получения специального разрешения от руководства школы я не имею права разглашать о себе информацию. Кому бы то ни было. По срокам это выходило не раньше конца учебного года.

Но кто сейчас думал о подобной ерунде? Важнее, что дядя Коля, единственный в том, нормальном, немощном мире, был в порядке. Он помнил меня, скучал, хотя Байков и стращал о немагах. Мол, сила вроде живого инструмента. И если она чувствует, что волшебник тяготится какими-то связями с немощными, то те постепенно станут его забывать.

Но дядя Коля помнил. И я сам знал, почему. Он мне был очень нужен.

— А когда у вас там каникулы? Когда приедешь?

— Перед новым годом экзамены. — Я вспомнил расписание и тут же поправился: — То есть сдача нормативов и каникулы.

— Три месяца еще, — горестно вздохнул дядя Коля. — Ну ничего, живы будем, не помрем. Пролетят как один день. Ты, главное, звони, не забывай.

— Да ты что, конечно.

Прощались мы еще минуту, постоянно вспоминая и вставляя какие-то важные для нас детали, поправляя друг друга.

А после я смотрел завершенный звонок на дисплее, пока тот не потух. И в груди разливалась приятная грусть. Нам троим — мне, дяде Коле и маме — было очень хорошо вместе. Да и после отчим старался заботиться обо мне в меру своих способностей, пока все не рассыпалось. Но теперь я могу все наладить. Лишь обрету силу и научусь управлять ею.

Почему-то вспомнились слова Четкерова про «только хуже будет», однако я постарался их отогнать.

Мы еще поглядим.

В холле главного корпуса я вновь столкнулся с Максимовым. Мишка прятал глаза и вытирал слезы.

— Сестре дозвонился, — объяснил он.

И тут я понял, что ничего не знаю о семье Мишки. Впрочем, как и об остальных товарищах. Ясно было только с Байковым: тот сирота, как и я. Хотя, у меня есть отчим. Правда, у Димки тоже существует дядя. Только отношения у них странные, раз тот оплатил обучение с какими-то условиями по возврату денег. На этом познания заканчивались. С Рамилем и Мишкой надо было срочно наверстывать упущенное.

Нашу идиллическую картину воссоединения с родными нарушили торопливые шаги наверху. Явно собирались спускаться несколько учителей, переговаривающихся на повышенных тонах.

— И заметили только сейчас? — спросила суровым тоном Елизавета Карловна.

— Воскресенье, — оправдывался незнакомый мужчина, — соседи думали, что он раньше проснулся и ушел из комнаты.

— Следы применения силы?

— Не замечены.

— Третий ученик с начала года.