Уникум 1: Тайная дверь

— Чары на физическую защиту, — негромко сказал Байков, глядя не на холодную красавицу, а на Куракина. — Тебе придется очень постараться. С первого раза ты его не пробьешь. Макс…

Димка замолчал, засунул руку в карман и выудил оттуда кольцо. Массивное, больше похожее на оловянное, сплошь в мелких царапинах, украшенное непонятным камнем.

— Первый артефакт, который сделал мой отец, — объяснил он, — позволяет проявить и направить магические силы. Оно, конечно, слабенькое, но до сих пор неплохо работает.

Димка хотел еще что-то сказать, но запнулся, и его глаза почему-то наполнились слезами.

Он лишь торопливо добавил в конце:

— На время поединка.

— На время поединка, — повторил я, — спасибо.

Байков кивнул, что-то выискивая на земле, и отступил назад.

Стоило ему удалиться, как рядышком появилась Зыбунина. Катя все это время почти не разговаривала со мной. Собственно, у нас и тем-то особых для беседы не было. Ну, сидим за одной партой, и что? Она витает в своем мире, я в своем.

Пальцы Зыбуниной словно порхали вдоль моего тела. Она не касалась меня, но я чувствовал жар ее рук. Волосы на коже встали дыбом, а внутри появилось странное воодушевление. Волны тепла накатывали одна за другой с каждым новым взмахом ведьмы. И что интересно, глаза Кати становились все более зелеными, словно два крупных изумруда, найденных на рассвете.

— Основная защита физическая, но еще я наложила пару стихийных. На всякий случай, — шепнула она.

Я даже поблагодарить не успел.

— Стороны готовы? — спросил Козлович.

Куракин порывисто кивнул и подошел к куратору. Я помедлил, надевая кольцо — оно пришлось по размеру лишь на большой палец, — и присоединился к противнику.

— Стандартная дуэль на пятидесяти шагах до обильного кровотечения или сильного ранения между учеником Куракиным и учеником Кузнецовым.

Я положил две абсолютно одинаковые рогатки на миниатюрный высокий столик, давая возможность высокородному выбрать ту, которая ему больше понравится. Куракин чуть замешкался и взял дальнюю от себя.

— Снаряды, — Козлович указал на множество рассыпанных железных шариков.

Я набрал горсть и набил ею карман. Куракин тоже не стал жадничать.

— Расходимся.

Наши места были определены белыми камешками.