Уникум 1: Тайная дверь

Как любой благородный, он знал множество тонкостей о магическом мире, в том числе и о разговоре с домовыми. Мишке не пришлось даже бежать в библиотеку за необходимой книжкой. Если бы я не знал никого из домовых, то нужно было сказать просто «батюшка». Но тогда и вызов мог сработать с меньшей вероятностью. Пришлось бы надеяться исключительно на угощение и алчность вызываемого.

А так, не успел я подумать, выгорит ли, — глянь, передо мной нарисовался Петр. В той самой цветастой рубахе, широких штанах и опять босой.

Он без раздумий сгреб потерявшие всякий товарный вид конфеты, внимательно посмотрел на блюдце, словно ожидал еще чего-то, а потом перевел взгляд на меня.

— Какой же я тебе батюшка, паря? — искренне удивился он. — Петр и Петр. Чего хотел?

— Мне бы хорошую резинку, крепкую. И нож поострее. На время.

— Для чего? — посуровел Петр.

Я не стал юлить, а выложил все как оно было. Байков предупреждал, что врать домовым не нужно. Если сейчас получишь небольшую выгоду, то со временем, когда правда выйдет наружу, станет только хуже.

Домовые — народ чрезвычайно памятливый.

К удивлению, чем больше Петр расспрашивал о моем предполагаемом обидчике, тем шире расплывалась улыбка на его лице. К концу рассказа домовой чуть ли не приплясывал, задав только тот же вопрос, что и Димка:

— Ты сам-то стрелять с нее умеешь?

— Определенный навык есть, — признался я, вспомнив пару окон и фонарь.

— К завтрему дню будет готово. Две штуки, в лучшем виде. После обеда зайдешь.

И исчез.

Вот так да… Интересно, что сделал Куракин для подобного отношения домового? Хотя, уже немного зная высокородного, мне казалось, что он даже особых усилий не прилагал.

Пусть день еще и не закончился, но все необходимое я выполнил. Поэтому, как и было задумано, отправился к лесу, захватив несколько учебников. Так я сделал специально, потому что не хотел, чтобы Байков и Рамиль хоть как-то оказались замешаны в этой дуэли в роли свидетелей или секундантов. Нечего им светиться и давать понять, что они при делах.

Мишки вполне хватит. К тому же он все равно увязался за мной. Заодно Максимов решил поучить меня Мороку.

— Главное тут — концентрация, — вещал он, поправляя съехавшие очки. — Ты должен сосредоточиться, отогнать все прочие мысли.

— Да я сосредотачиваюсь.

— Тогда странно, — признался Максимов. — С твоей-то силой.

— Какой еще силой?

— Понимаешь, все зависит не только от того, как использовать силу, но и от того, кто это делает.