Уникум 1: Тайная дверь

Вроде, привиделось. Списал все на расшалившуюся фантазию. Нет, конечно, сломанная рука дяди Коли никуда не делась. Но я почти себя убедил, что никакого отношения к этому не имею. Просто стечение обстоятельств, не более. И вот теперь...

— Максим, открывай, — уже мягче сказал незнакомец, — или мы будем общаться через дверь, чтобы все соседи слышали?

Мама, когда была жива, говорила не открывать дверь чужим, но сейчас лучшее, что я мог сделать, — послушать визитера. Дрожащими руками я повернул замок и стянул цепочку.

— Так-то лучше, — улыбка не сходила с лица черноволосого. Он посмотрел на тряпку у меня в руках и покачал головой. — Раньше встречали с хлебом и солью.

И что странно, мне показалось, будто улыбка искренняя. Словно он действительно рад меня видеть. Вместе с этим незнакомец шагнул на порог, заходя в квартиру и одновременно оглядывая наши несвежие и потускневшие обои. Мы их клеили с дядей Колей года четыре назад, чтобы сделать сюрприз маме. Сколько с той поры воды утекло…

— Привет.

— Откуда? — я совсем растерялся.

— Неважно, — сказал Четкеров (забавная фамилия, ее хотелось даже произносить вслух, словно пробуя на вкус).

Визитер небрежно взмахнул рукой, будто это и в самом деле была какая-то чепуха.

— Мы хотели бы поговорить с тобой по поводу крыши.

— Какой крыши? — сипло спросил я, понимая, что в горле пересохло.

— Все ты знаешь. Семен Константинович, как там?

Старик развернул газету на заложенной странице и монотонно загнусавил:

— Так-так-так… Вот. «…произошло частичное обрушение крыши, вследствие чего пострадал гражданин Н., 1978 года рождения. Прибывшие медики констатировали перелом ключицы».

— Гражданин этот, как я понимаю, Никифоров Николай Дмитриевич, — оборвал старика на полуслове Павел Сергеевич. — Твой отчим.

— Ну да… — только и смог выдавить я из себя.

— Отсюда вопрос. Почему крыша дома вдруг решила обрушиться на голову твоего несчастного отчима, когда он заходил в подъезд? Не ваш, кстати. Иными словами, зачем ты его хотел убить?

Вот тут я не нашелся что сказать. Просто стоял, хватал ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег, и мотал головой.

— Семен Константинович, — снова обратился к спутнику брюнет.

Старик пристально посмотрел на меня и щелкнул пальцами. И вот тут произошло странное.