Уникум 1: Тайная дверь

Начать хотя бы с того, что земля здесь была твердая, утрамбованная, с огромным количеством мелких камней. И вместе с тем действовать приходилось невероятно быстро. Чтобы этот бугай не успел развернуться и снести меня к чертовой матери.

Поэтому я ощутил все признаки поспешного выхода силы — жар, слабость, дрожащие колени. Хотя последние тряслись еще и из-за страха. На тренировках Якута нас не ставили один на один с големами. А то, что передо мной именно он, я понял, как только каменный гигант раскрыл в первом крике свой рот.

Вообще големам чужды эмоции. Так рассказывал Петрович. Они следуют заложенной программе, ради которой и создавались. Этот, к примеру, должен защищать пергамент и убивать всех, кто покусится на него. Самые острые зубы в этом плане, что неудивительно, оказались у Потапыча. Хотя кто бы сомневался.

А вот открывающийся «в ярости» рот — на самом деле яркий пример баланса силы, с помощью которой здоровяк и был создан. Петрович объяснял это сложно и путано. Но выходило, что нет неуязвимых существ, которые используют силу.

Она живая и не хочет задерживаться лишь в одном создании. Так, к примеру, черти очень не любят, когда их бьют по рогам, лесавки не терпят громких звуков, у волколаков аллергия на серебро, а у големов… тоже была ахиллесова пята. Точнее, и не пята вовсе.

С момента начального каста до того, как голем оказался по бедра в земле, прошло не больше двух секунд. Пусть мозгов у каменного человека не было, однако тот сразу понял, откуда исходит новая опасность.

И тут помог Потапыч. Он словно догадался, что сейчас надо сделать, поэтому усилил давление на противника. А я подобрался, еще немного посомневался и прыгнул на спину голему.

Сказать, что мне было страшно, ничего не сказать. Ноги стали ватными, непослушными, руки дрожали, пульс участился. Я старался не думать о том, что надо сделать, а просто делал.

Голем собственное превращение из каменного защитника в ездовое животное не оценил. Не будь он сейчас «утоплен» в земле, так попросту упал бы на спину.

Или завертелся как бешеный. Теперь ему оставалось лишь размахивать здоровенными ручищами, но до меня он не доставал.

Хуже всего, что я был вынужден действовать практически вслепую. Нет, мне удалось зацепиться за шею и даже не упасть. Но что с того? Надо поймать момент, когда каменюка будет рычать. Причем делать это долго и протяжно. В противном случае я рискую остаться без руки.

И в очередной раз банник понял меня без слов.