Мир Тьмы: Хроники неоната

— Как вам наше выступление? — она села на мой рабочий стол, закинув ногу на ногу. 

— Хотите выпить? — ответил я вопросом на вопрос.

— Пожалуй, — она украдкой глянула на свое отражение в зеркальной двери шкафа, и, по видимому, осталась довольна. 

Я разлил кровь по бокалам. 

— Обсудим формат нашего сотрудничества, — я обошел стол, достал из ящика пачку денег. Матильда повернулась ко мне, и на мгновение я удивился ее нечеловеческой гибкости. 

— Вас четверо, и я готов платить вам по пятнадцать тысяч за выход каждой, — начал я, — В случае, если касса бара будет расти, мы можем обсудить бонусную часть.

Я протянул ей деньги. Матильда со скоростью, поражающей воображение, пересчитала купюры. 

— Четыре на пятнадцать — это шестьдесят. Тут сто, — сказала она, приподняв бровь. 

— Это бонус за инициативу, — ухмыльнулся я, — Не надейтесь, я крайне редко проявляю щедрость.

— Благодарю, — жеманно произнесла она, соскальзывая со стола, — До встречи в следующую пятницу!

Матильда вышла из кабинета, виляя бедрами, а я остался думать. 

*** 

Следующим вечером Бу все еще не отвечал. Я отправил ему несколько сообщений — они не дошли. 

Я отправился в Элизиум, захватив с собой пакет. Новых идей у меня не появилось, и я ждал озарения. 

В Элизиуме, перекинувшись парой слов с такими же неонатами, я нашел Хранителя и задал вопрос, терзавший меня со вчерашней ночи: 

— Скажите, а как принимается и регистрируется входящая почта для Шерифа? 

— Курьеры приносят отправления, они проверяются на потенциальные ловушки и затем передаются Шерифу, — невозмутимо ответил мне Хранитель, — Но проще передать информацию лично.

— А Шериф сегодня на месте?

— Да, причем, насколько я могу быть осведомлен, последние несколько ночей он пребывает в хорошем настроении, — заговорщически шепнул мне Хранитель.

— Благодарю, — ответил я и направился в сторону кабинета Шерифа. Других вариантов у меня просто не было. 

Я постучался, дождался приглашения войти, и оказался в том же кабинете, в котором проходил допрос. 

— А, это ты, — Шериф поднял на меня взгляд. На идеально чистом столе снова был лишь лист бумаги, чернильница и перо.