Мост

Щит выстоял, но я вместе с ним улетел к самой стене здания, грохнулся на полосу газона, успел ещё ощутить едкий запах стриженой травы, как на меня обрушился новый удар, вмял в землю. Заграда таяла, я силился подняться, хоть на ноги себя воздеть, если не способен сконцентрировать волю и магию, и не мог. В глазах плавало цветное и неясное, но ламни я видел чётко: он был единственной внятной фигурой в мельтешении сред, и он шёл ко мне так неторопливо-издевательски, что внутри всколыхнулась новая доза уже почти утраченной ярости.

Я смог подняться, спиной марая стену. Видел плохо, сил для новой атаки не находил, да и для бегства – тоже. Попытался сместиться, ногой задел какой-то материальный предмет и тут словно лопнул в мозгу пузырь вялости. Я нагнулся, схватил эту штуку – кусок составной садовой оградки – и запустил изо всей силы в ламни.

Детские игры не прошли даром, навык сберёгся, и я не промазал. Слишком лёгкая, чтобы убить наверняка, железка, тем не менее, врезалась в живот противника и заставила его попятиться.

Мы ведь работали чистой магией, а она не обороняла от прочего мира, только друг от друга. Теперь я окончательно осознал этот момент и более не медлил. Я кинулся вбок, туда, где сияла цветами клумба, которую добродетельный садовник обложил небольшими декоративными камнями. Большинство из них были слишком тяжелы для неподкачанных магией рук, но я мигом схватил тот, что полегче и метнул на этот раз в лицо.

Ламни отшатнулся, не успевал перенастроить защиту, да и атака его захлебнулась, поскольку мои снаряды сбивали если не его самого, то правильный настрой. Я воодушевился, отвяла усталость. Я схватил следующий камень, опять метнул, целя в живот, противник увернулся недостаточно быстро, его повело боком, я тут же схватил ещё два куска местного гранита и запустил один в ноги другой в голову. Они взлетели почти одновременно, и враг мой словил всё же полноценный бланш на роже, если было там под капюшоном лицо, к которому он мог прилипнуть.

Юбка нелепо взметнулась, ламни грохнулся на спину, потом полетел кувырком, как видно слишком лёгок оказался, чтобы банально задержаться на тверди. Я подхватил глыбу потяжелее прочих, чтобы размозжить насовсем ему голову, рванул в угон, но не заметил сослепу другой преграды, споткнулся, воспарил, брыкая ногами, чтобы не упасть плашмя, но камень выронил раньше, чем было нужно.