Стеклянное Рождество. Часть 1. Затянувшийся Сочельник

— Учитывая, в чьём подчинении мы находимся, предлагаю перейти на «ты», не дожидаясь брудершафта, — скупо улыбнулась Нуарейн. — Сложносоставное заклятье, уровень три-пять. Завязка на Землю.

— Четыре-два, — не согласилась аналитик. — Стихию обозначить не смогу, но один из компонентов маскировки материален. Отсюда вывод: работал кто-то из глав отделов либо Его Высочество лично.

— Задолго до Его Высочества, — довольно проворчал Воин, проводя ладонью по стене. — Правы обе: и заклятье земное, и работал глава Агентства.

Под его рукой стена начала менять фактуру и цвет, и вскоре перед сотрудницами предстала огромная, шириной в три шага и высотой от пола до потолка, металлическая дверь. Почти в двух метрах от пола — на высоте потолков в Агентстве не экономили — располагалось квадратное окошко на монументальных петлях. Никаких признаков ручки на двери не присутствовало, равно как и звонка рядом. Воин покосился на слегка оторопевших девушек, извлёк из-под куртки кинжал и заколотил в дверь.

— Открывай, дракон! Выходи на честный бой!!!

Окошечко в двери открылось, и стало ясно, что петли на нём регулярно смазывают. Разобрать что-либо в проёме не представлялось возможным: взор непосвящённых видел лишь клубящуюся белёсую муть.

— Я, конечно, выйду на бой, царевич, — произнёс густой и гулкий бас с ярко выраженным «оканьем». — Но зачем же в… хм… задницу орать? Кого ты ко мне привёл, пьяница?

— Соискателей, — ухмыльнулся Воин и тряхнул головой, — то есть, соискательниц.

Несколько секунд за дверью что-то шуршало и хмыкало. Девушки невольно переглянулись.

— Что, и правда дракон? — шёпотом поинтересовалась Рива.

— Ни разу там не была, — так же тихо отозвалась Нуарейн, явно растерявшая за последнее время изрядную часть своей холодности. — Не знаю.

— Ну, короче! — Воин ткнул в неприступную преграду кулаком. — Мы войдём, или я разнесу эту халабуду вдребезги и пополам?

— Спокойно, родной, вы ещё не отсидели за прошлый раз, — ответил бас.

Воин сделал несколько шагов назад и в сторону. Раздалось щёлканье замков, и дверь приоткрылась. Ровно настолько, чтобы через щель мог пройти человек, но и этого было достаточно для осознания: толщиной эта самая дверь была в половину предплечья взрослого мужчины. В отверзшемся проходе колыхалась всё та же молочная мгла.