Стеклянное Рождество. Часть 1. Затянувшийся Сочельник

— Приступим?

— Разумеется, — кивнула Нуарейн, и Птаха извлекла первый лист.

— Октябрь тысяча восемьсот восемьдесят восьмого. Лондон.

Глава одиннадцатая

—  в которой на Востоке нагнетается таинственность и недосказанность, а на Западе входит в последнюю стадию процесс обучения.

Токио. Около полугода до драки в баре «Великое Древо». Корпорация «Сейрю».

— Две классические фразы. — Невысокий толстячок в алом кимоно покосился на полную луну, изливавшую серебряное молоко своего сияния на маленький садик. — Первая: я не справляюсь.

Его собеседник, одетый в серый строгий костюм европейского покроя, также поднял голову и прищурил единственный глаз от яркого сияния ночного светила:

— Я предлагал вам с братом выйти из дела. Неоднократно. Вы отказались, — повисла недолгая пауза. — Впрочем, ты можешь отказаться прямо сейчас, Фил. Я не буду держать зла.

— Ты сильно изменился, — подумав, произнёс поименованный Филом. — Но дело не в этом. Я вор, но не убийца, Нам. А сегодня я чуть не убил ученика ради результата тренировки.

— Результат есть?

— Есть. И беспрецедентный, если хочешь знать моё мнение.

— Прекрасно. Значит, ты всё сделал верно.

— Это нереально, Нам! — голос толстячка сорвался на фальцет. — За такой срок подготовить готовых посвящённых просто невозможно! Я сам шёл к этому сорок лет и до сих пор не постиг всего…

— Мне не нужны посвящённые. Мне нужны заготовки под них. Посвящение они получат на практике.

Фил замолчал. Лунный свет превратил его лицо в гротескную маску изумления и страха.

— Ты… очень сильно изменился. Они же погибнут в процессе, Нам. Просто не выдержат. Дело даже не в силах и обучении, дело в законах этого мира.

Белый Лис хищно усмехнулся, провёл рукой по лицу и повернулся к своему собеседнику. В воцарившемся молчании стрекотание цикад стало особенно громким.

— Это возможно? — медленно произнёс Нам, глядя в глаза Филу. — Согласно законам этого мира?

Толстячок потрясённо смотрел на своего друга и начальника.

— Нет, — наконец выдавил он.

— Вот именно. Работай, Фил. Работай так, как можешь только ты. Они начали понимать?

— Да. Но пока лишь основы.

— Ничего страшного. Она даст им возможность развиться по-настоящему. Клянусь, друг мой, тебе не придётся жалеть о том, чем ты сейчас занимаешься. Они останутся живы. И серьёзно помогут мне и не только мне. Прости, что взваливаю на тебя всё это, но…

— Ничего, — пробурчал Фил, отводя взгляд. — Просто устал немного.

— Это бывает.