Лемминги

А впрочем, как он сразу не сообразил?

Через пару минут на стол легла синяя обложка, скрывающая папиросную бумагу — бесплатная копия, не для продажи, общество «Гедеон». Этот экземпляр Нового Завета валялся под скамейкой в одном из сотен дворов, когда Илья нашёл его, и тонкая обложка навсегда осталась выгнутой в трёх местах из-за влаги. Но как было не забрать его, раз в тот самый день отец Ферапонт наказал читать евангельские главы!

Илья, кстати, очень даже читал потом, но быстро ощутил, что все-все притчи уже отложились его в памяти, после чего синяя книжица отправилась в шкаф.

Похоже, он ошибался, потому что многие главы показались совершенно незнакомыми. А вот этот раздел «Деяний» — он всегда тут был?

...«Знаете, что когда вы были язычниками, то ходили к безгласным идолам, так, как бы вели вас.»...

Утешения от этих слов он не ощутил, зато словно получил подтверждение своей правоты, как будто его поняли, кивнули ему. Вот бы ещё с разбирающимся человеком обсудить, для верности. Вот бы обсудить хоть с кем-то.

Глава 14 Неприглядная правда

В четверг он принёс стопку книг обратно владелице. Со стуком уронил пакет на скамейку между собой и изумлённой Полиной. Из-под скамейки вылетели встревоженные воробьи, попрятались в кустарнике.

Сквер наполняли мягкие тени: деревья зазеленели в полную силу. Прохладной казалась скамейка, ручейком журчал ленивый скворец где-то над головой, но поёжился Илья не от этого — совсем холодно смотрела его подопечная. Давненько его не отторгали с такой силой.

— Всё? Не осилил, да? Не для твоего ума орешек? Так я и думала, — разочарованно сказала она.

— В смысле? Я прочитал.

— Так быстро?

— Я прочитал то, что было нужно, — развёл руками Илья. — Нет, правда. Конечно, в сюжеты особо не вникал, но мне они и не требовались, чтоб все выводы сделать.

— Это не считается! — сердито ответила Полина, придвигая пакет к себе. — Хочешь сказать, что с первого взгляда разобрал всю глубину идей, заложенных туда? Проникся ими?

— Проникся? Нет. Было ли интересно? Местами — очень увлекательно, а пронимает-то как! Все эти.

— Меня такое манит. Именно причины, их связи, система за ними, — вставила Полина тихонько.

— Да, да... Меня другое покоробило. Через эти истории постоянно проглядывает что-то совершенно не людское. Как будто их выписывали слишком жидкой краской по чёрному фону, и фон постоянно просвечивает. Не желаю я таким проникаться.