Солнце из черного камня

На живот Илье поставил пустую чашу и положил крупный нож с черной рукоятью.

Егор, на время забытый злодеями, наблюдал за происходящим, и его не покидало ощущение, что все это нереально. Пентаграмма на полу, странные люди в черных одеждах посреди заброшенного госпиталя. Они что, действительно верят, что возможно открыть проход в загробный мир?! Если это сон, то это очень плохой сон. Единственное, что было реальным, что невозможно было отрицать, — это ноющая боль в боку, затекшие руки и ноги, перетянутые скотчем.

— Кас, встань напротив и по моему сигналу включай камеру. — Мастер обошел нарисованный на полу круг и встал спиной ко входу.

— Я готов. — Кас расположился напротив возле окна, держа двумя руками телефон перед собой.

— Отлично. Значит, так. В начале церемонии сними пентаграмму и жертву. Лицо не обязательно. Подробно, крупным планом ритуальные предметы. Затем медленно подними камеру на меня. Все понятно?

— Конечно. Сделаю в лучшем виде. — Кас включил камеру и сосредоточился на съемке.

Казалось, это занятие нравилось ему больше, чем возиться с пленниками. Во всяком случае, Егору хотелось так думать, когда он следил из своего угла за действиями похитителей. Понимают ли эти бедолаги, во что втянул их Мастер? Их действия подпадают под несколько статей уголовного кодекса. Или они надеются, что когда пленники выберутся из передряги, то будут настолько напуганы, что не пойдут в полицию? Юрист вздрогнул от раздавшегося резкого звука. Волк ударил в неизвестно откуда взявшийся гонг еще два раза, и наступила зловещая тишина.

— Приди, сила темных и светлых энергий! Да горит пусть огонь в этом круге, который дарует жизнь и наслаждение, да снизойдет свет Люцифера! — провозгласил Мастер и воздел руки вверх. Он устремил лицо в потолок с ободранной штукатуркой и на несколько секунд замер с распростертыми руками, загородив спиной дверной проем.

— Слава Сатане! — хором отозвались его соратники. Мастер произнес несколько фраз на непонятном языке и в конце выкрикнул:

— Мне нужна его кровь!

Егору стало не по себе.

— А-а-а-а! — Крик взметнулся к потолку и резко оборвался.