Укушенная

Попытавшись кричать и вырываться, парни просто-напросто заткнули мой рот моими же трусиками. Держали за руки и за ноги, пока парень, не содрогнувшись в экстазе, упал на меня.

Меня разрывали в клочья. Ужасно тело болело. Мне ничего не оставалось, как ожидать, когда же всё окончиться. Они не собирались останавливаться.

После Энди на меня взобрался тучный парень. Чмокнув смачно в щеку, вогнал свой член. Тело пронзила чудовищная боль, помутилось в глазах, и ненадолго я лишилась чувств.

Придя в себя, я увидел всё-то же лицо.

Парень пыхтел и стонал, большие капли его пота капали на лицо. Мне не хватало воздуха, дышать становилось труднее. Я продолжала всматриваться в лица. Застонав, крупный парень, излился в меня горячей жидкостью. Вытянув член, он возмущенно воскликнул:

— Он в крови!

— Чувак, да она же девственница! С ними такое бывает, — ответил Энди, протянув ему салфетку.

— Марк, ты следующий, — бросил толстяк тощему парню в футболке Редссокса.

— Она меня не возбуждает, — запротестовал он, неуверенно расстегивая брюки.

— Ты что, идиот?! — закричал четвертый парень, отталкивая в сторону и поспешно расстегивая джинсы.

Замычав, я возобновила попытки вырваться или хотя бы оттолкнуть. Энди залепил мне звонкую пощёчину, перед глазами запрыгали звездочки, и я снова провалилась в бездну.

Мне казалось, что я не вешу ни грамма. Тело наполнилось воздухом. Ещё чуть-чуть, и я лопну, если кто-то возьмет и коснется. Мерещился туннель с небесно-ярким светом в конце пути.

Он исчез, когда моё тело пронзила боль.

Широко раскрыв глаза, я смотрела на лицо Марка, мысленно моля его остановиться, прекратить насильство. Никто меня не слышал. Все безмолвно наблюдали, насмехаясь и записывая на мобильные. Меня охватило отчаянье, и я предприняла последнею попытку освободиться.

Выгнувшись, я попыталась повернуться на бок, коленкой упершись парню в пах.

— Тварь! — выдохнул Марк и его руки сомкнулись на моей шее.

Он продолжал двигаться. Его руки резко сдавили сильно горло, перекрыв дыхание.

Пред глазами поплыли круги, и я поняла: умираю. Да, именно так. Лучше уже смерть, чем весь этот ужас и последовавший за ним позор.

Тело парня обмякло, и хватка на шее ослабла. Отстранившись, парни загудели, поздравляя друг друга. В тот момент мне больше не хотелось ничего. Только вот так лежать и ждать, когда закрою глаза и больше их не открою.

— Ей! Сучка, ты жива? — спросил шестой, ткнув меня в бок.