ОСВОД. Хронофлибустьеры

И времени зря не терял:

— со всеми перезнакомился, сдружился (кое с кем успел рассориться и снова помириться);

— непонятным способом, дистанционно, сломал замок на двери, который и теоретически-то сломать было невозможно (пообещал, что сегодня же починит, но даже не пытался);

— пять раз подряд выиграл в шахматы-блиц у Властимира (у Властимира! у бессменного институтского чемпиона последних лет!), заработав неплохую сумму;

— разбудил Хуммеля, заявившись в его сон (в сон Хуммеля! против воли сновидца!);

— сделал Ихти и Импи официальное предложение руки и сердца (предложил им усыновить его в видах дальнейшего внебрачного сожительства втроем);

— сделал Злате Васильевне аж целых три предложения (все три — по улучшению компьютерного делопроизводства в отделе, причем все три толковые, как была вынуждена признать наша бессменная делопроизводительница);

— проголодался и поспешил в столовую с целью оформить бесплатное диетическое питание, а заодно позавтракать (зная Лавра Гирудовича Мишкунца, заведовавшего институтским общепитом, можно было смело держать пари: бесплатно позавтракать младенчику удастся после месяца-другого беготни с бумагами по инстанциям, — и Властимир такое пари с Малышом заключил, а теперь сомневался в выигрыше).

Дополнительно выяснилось, что умственное развитие нового сотрудника весьма опережает физическое: ни ходить, ни говорить он за минувшие после родов двое суток толком не выучился. Поэтому общается с окружающими ментально, а как передвигается... я, дескать, сам видел: происходит нечто вроде серии телепортаций на сверхкороткие дистанции, следующих непрерывно, одна за другой, отчего создается впечатление низкого полета.

— Всё, пропал ОСВОД, — сказал я обреченно.

Ответом стал хоровой тяжкий вздох. Злата Васильевна сказала:

— Он, конечно, ребенок: очень милый, непосредственный, живой... Но атмосферу создает совершенно не рабочую.

Теперь моя примета: встретил кого-то из Хомяковых, день насмарку, — будет сбываться ежедневно, с понедельника по пятницу, и еще в выходные, если отделу выпадет сверхурочная работа.

— Босс в курсе? — уточнил я на всякий случай: вдруг ЛБ не знает, что за ценный кадр у нас объявился, вдруг пособит от него избавиться.

— Он-то и привел Колобка, — безжалостно разбил надежду Хуммель. — Злой был, страсть... В смысле, босс был злой. Пойду, попробую уснуть. Но если этот паршивец еще раз в мой сон заявится без спроса, я за себя не ручаюсь. В смысле, Колобок если заявится.